Идеальное совпадение

Тебя очень хотелось приструнить. Совсем, как сейчас, – хладнокровно уточнил он. – Но оказалось, ты умеешь и удивить, и заставить себя уважать. Если бы все шай-эрцы добивались цели с таким упорством, вы выиграли бы войну.

– Мы и так ее выиграли! – рявкнула я и смущенно огляделась по сторонам, проверяя пустынный двор. Вдруг кто-нибудь услышал, как студентка из Шай-Эра посреди северного полуострова вопит о победе в полузабытом конфликте.

– Нет, вы предложили подписать мирный договор, – педантично поправил Гаррет. – Согласились на ничью.

Поверить не могу, что прицепилась к нему! Не настолько во мне сильна память предков, чтобы цапаться из-за событий из учебников истории.

– А если бы я приняла ничью?

– Полагаю, нам не о чем было бы спорить. Добрых снов, Адель.

Оставив меня в пальто с перемотанными рукавами, как ни в чем не бывало Ваэрд повернулся в сторону экипажа. Пока мы бурно выясняли отношения, сундук привязали к днищу. Теперь слуга мялся возле открытой дверцы, всем своим угодливо-кротким видом демонстрируя, как трепетно они с кучером ждут молодого хозяина.

– Гаррет! – сдержанно позвала я. – Рукава развяжи.

Наглец не подумал подойти! Он протянул руку, схватился за узел и нахально дернул меня к себе. Под звон монет в кошеле, оттягивающем карман, я сделала несколько мелких семенящих шажочков и очень захотела северянина лягнуть, но пришлось просто скрипнуть зубами – в длинном пальто маневр был невозможен.

– Все-таки почему ты дал мне выиграть? – спросила я, пока он распутывал рукава. – Что заставило тебя передумать?

– Так и не поняла?

– Если бы поняла, то не спрашивала.

– Логично… Ты мне нравишься, Адель.

– В каком смысле? – опешила я.

Ваэрд поднял глаза. От острого взгляда по спине побежали мурашки.

– Абсолютно во всех.

Глава 7

Очень странные дела

Признание, как заклятие черной магии, крепко связало и превратило нас из непримиримых противников в сообщников. Общий секрет? Химеров ужас!

– У нас большие проблемы, Гаррет, – хрипловато вымолвила я, запрещая себе и вероломному сердцу трепетать, – потому что моя соседка по комнате по-настоящему в тебя влюблена.

– Она влюблена не в меня, – спокойно и даже равнодушно возразил он.

Неожиданно фонари погасли, остался лишь ярко-голубой огонек на крыше экипажа. Мы словно погрузились в темную преисподнюю с резкими, контрастными тенями, куда, должно быть, проваливаются все плохие подруги.

– Верно, – согласилась я тихо. – В образ, который ты создал.

– Не я его создал, – усмехнулся он, давая понять, что Юна сама придумала парня, которого в реальности не существовало, а теперь страдала…

Этот разговор беспрерывно крутился в голове даже на следующее утро, тихое и серое. Темная магия стыдных секретов словно притушила звуки и краски.