Идеальное совпадение

Перед сном, положив на колени доску для письма, я нацарапала маме и попросила положить в посылку к сборнику сонетов коробку шоколада с морской солью. В Шай-Эре несладкие конфеты дарили, когда хотели искренне извиниться.

– Сегодня я впервые в жизни дала взятку, – вдруг проговорила Юна.

Она лежала в кровати, завернувшись с домашнее стеганое одеяло, и делала вид, будто читает книгу. Убедившись, что я прислушалась, соседка продолжила нарочито безразличным тоном. В смысле, он был настолько равнодушен, что любой дурак догадался бы, как сильно она взбудоражена, просто пытается сохранять спокойствие.

– Коменданту мужского общежития, – пояснила она. – Я все думала о твоих словах по поводу привычек… Оказалось, что слушатели магистериума живут поодиночке, но раньше у Гаррета был сосед. Он два года назад окончил пятилетний курс и уехал из Элмвуда. В общем, я не приблизилась к разгадке ни на шаг.

Старательно удерживая внутри правду, я почесала бровь и спросила:

– Если выяснится, что этот парень все еще учится в академии. Что ты сделаешь?

Соседка помолчала и произнесла:

– Откровенно говоря, понятия не имею. Мама говорит, что худшее унижение для человека – выплеснуть ему в лицо стакан воды. Так вот мне хочется вылить на него целое ведро!

Спорное, конечно, утверждение, но у богатых свои понятия о прекрасном, а план окатить Андэша ледяной водой мне по-настоящему нравился. Лучше помоями, но я не имею права решать за Юну, только поддержать.

– Когда он появится, так и поступи.

Следующим утром перед практикумом я забежала в центральный холл к почтовой шкатулке, работающей только на отправку. К ней, как и всегда, змеилась длинная очередь.

По закону подлости людской ручей закончился на мне! Когда я добралась до шкатулки, других желающих поделиться с миром новостями из Элмвуда не нашлось. Обычное дело, конечно, но всегда раздражает неимоверно.

Артефакт напоминал объемный ларец, в который при желании можно было засунуть и книгу, и какую-то мелочовку. Правда, на отправленных конвертах и вещах обязательно оставался водянистый знак Элмвуда.

Я опустила письмо внутрь, закрыла тяжелую крышку. Ларчик вспыхнул золотистым свечением, доставляя послание в почтовое отделение недалеко от нашего дома.

Персональной шкатулки у нас не было. Полученную корреспонденцию совершенно бесплатно доставлял старенький ворчливый почтальон, разносивший газеты столько, сколько я себя помнила. Хотелось верить, что он доковыляет до родительского особнячка быстрее, чем отпадет необходимость в соленом шоколаде или сборнике сонетов.

Покончив с этим делом, в темпе шай-эрского вальса я отправилась на зельеварение.

Отбор проходил в огромном зале с высоченным потолком. В узкие решетчатые окна струился прозрачный дневной свет.