Идеальное совпадение

– Теперь знаешь! Ответь им первым, их вечеринка уже завтра.

– Передай господам красным плащам, что я не приду, – велел Гаррет с невообразимым нахальством, которое даже Мейз опасался демонстрировать, хотя ему-то свойственно.

Я округлила глаза в наигранном возмущении:

– Ты меня действительно принимаешь за секретаря?!

– Если верить сплетням, ты моя девушка, – ухмыльнулся Ваэрд.

– Смотрю, ты уже наслышан. К слову… – Я быстро оглянулась через плечо, проверив опустевший и от этого неприятно гулкий зал. – Почему все считают, что мы в отношениях?

– Ты против? – изогнул он брови.

– А ты нет?!

На лице северянина расцвела красивая белозубая улыбка, отразившаяся в карих глазах:

– Я в полном восторге.

– Ты знал, что так будет! – обвинительно сощурилась я.

– Догадывался, – не стал отпираться Гаррет.

– Останови сплетни! Чтобы ни одна сволочь не связывала наши имена в одном предложении! – твердо потребовала я, не допуская в голос просительно-жалобные интонации. – Ты можешь.

– Ни за что. – Северянин покачал головой. – От меня отлипнут даже самые упорот… упорные девушки.

– И прилипнут ко мне.

– Они тебя боятся, – подколол он."

"– Наплевать! – огрызнулась в ответ. – Я на такое не подписывалась! Между прочим, в уставе говорится, что отстрел секты имени Гаррета Ваэрда шай-эрским подданным грозит высылкой домой. Пинком под зад.

– Так и написано? – спросил он с улыбкой, не сводя взгляда с моего лица.

– Полагаю, в какой-нибудь главе этот пункт точно указан. Я плохо перевожу с диалекта. Особенно уставы и сонеты норсентской классической поэзии, – с иронией добавила я.

Неожиданно шутки закончились, а обсуждать вдруг сделалось нечего. Несколько долгих секунд мы провели в принужденной тишине – молчать приятно только с близкими людьми.

– Теперь я понимаю, почему ты со мной не спорил из-за писем к Юне, – проговорила я. – Человек, который говорит правду, не должен никому ничего доказывать.

Гаррет замер. Даже на расстоянии чувствовалось, как напряглось его сильное, большое тело. Взгляд был нечитаемым, плечи окаменели. Но он плохо меня знал: демона с два я первой заговорю об их отношениях со сводным братом. Не люблю людей, лезущих в душу, и себе вероломства не позволяю.

– Я не пыталась выяснить правду, – опередила вопрос, который он, возможно, и не собирался задавать. – Она упала на меня сверху.

– Много упало?

– Не то чтобы много, скорее внезапно. Как кирпич. И коль ты приехал раньше шоколадок…

Я полезла за своей особенной конфетой. Особенной она была в основном потому, что хранилась в рабочей сумке три года. Сначала я забывала ее съесть, а потом выкинуть. Как удачно пригодилась!

Шарик забился в угол, словно не хотел покидать насиженного места и прятался.