Идол

Не знаю, на что рассчитывает промоушен, у их протеже нет будущего. Надо сосредоточиться на защите и максимально создать видимость жёсткого сопротивления. Черт, никогда не пытался играть в бою, но сейчас придется. Испытываю ли я разочарование по поводу боя? Нет! Уже нет! Все стало, как-то вдруг неважно, когда в приоритете Алиса. И мне не стыдно упасть лицом в грязь, мне вообще сейчас на все глубоко плевать. Во мне много ненависти и агрессии к окружающим, и я стараюсь не сорваться, чтобы не навредить моей девочке.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Пора выходить на ринг, все забегали и создают видимость предстоящего театра. С тренером не разговариваю, нет смысл в его наставлениях. Я его не осуждаю, у каждого своя мера и слабые места. Он болеет за клуб и не может его потерять. Вырастит себе другого чемпиона.

Знакомые до боли стены, выводящие в зал мерцающих огней и прожекторов. Гудящая толпа фанатов и болельщиков — все ждут финального кровопролития! Толпа скандирует «Идол»! Все в предвкушении моей победы… а я ищу глазами Алису. И нахожу… Задерживаю дыхание в желании кинуться к ней, вырвать из рук Германа и еще одного отморозка, между которыми она сидит, и закончить этот спектакль прямо сейчас. Я даже неконтролируемо дёргаюсь в их сторону, когда девочка всхлипывает, завидев меня, но вовремя беру себя в руки. Мне уже намекали на мать и сестренку. Рисковать нельзя.

Осматриваю Алису, заглядываю в огромные синие глаза и на секунду прикрываю свои. Это, сука, очень тяжело понимать, что девочка опять страдает из-за меня. Открываю глаза и сам не замечаю, как останавливаюсь возле ринга, смотря на Алису. Она такая маленькая, уязвимая, испуганная. Губы все искусаны, руки сжаты в кулаки, и огромные глаза смотрят на меня с надеждой. Да, маленькая, потерпи немного, я уже рядом, каких-то двадцать минут, и я тебя заберу. Буду на коленях стоять вымаливать прощение. Она такая бледная, сжимает пальчики, а мне хочется поцеловать каждый из них.

— Люблю тебя, — шепчу ей одними губами."

"Не знаю, понимает ли она меня. Сейчас мне важно это ей сказать. Перевожу взгляд на Германа и передаю ему всю свою ненависть. И до ублюдка доходит, он отводит глаза.

Запрыгиваю на ринг, смотрю на прыгающего из стороны в сторону соперника. Он разминается и с ухмылкой поглядывает в мою сторону. Он точно знает, что сегодня будет купаться в лучах славы. Ну и что, нравятся тебе «театральные» победы? Меня бы тошнило от них. Рефери приглашает нас к центру ринга и объясняет правила, звучит гонг, бой начался… а мне впервые хочется, чтобы он побыстрее завершился.

Соперник выкидывает пару прямых ударов для разведки и тут же бьёт в бедро ногой.