Идол

 — Алиса, — задыхаюсь, — скажи, что ты чувствуешь! — требую я.

— Немного больно, но сейчас прошло, кажется, что я растянута, — всхлипывает она.

— Расслабься, маленькая, я чувствую, как ты напряжена. Просто впусти меня, — уже сквозь зубы проговариваю я.

Потому что быть внутри нее и чувствовать, как она меня сжимает, это невыносимо хорошо, это лучше, чем я могу себе представить.

Вновь зацеловываю лицо, шею, трепещущий пульс. Ласкаю грудь, всасываю сосочки, чувствуя, как она расслабляется и снова плывет в моих руках. Беру подушку, подкладываю под ее бедра, закидываю стройные ножки себе на плечи и начинаю мучительно медленно двигаться.

— Смотри мне в глаза, — прошу, и она слушается, топя меня в своем взгляде.

Делаю первый толчок, улавливая ее дрожь, и целую ножки на моих плечах. Ещё плавный толчок и ещё, слишком медленно для меня, но я держу зверя на цепи, отдавая все Алисе. С каждым новым толчком она всхлипывает, и в какой-то момент всхлипы перерастают в стоны. Ускоряюсь, когда чувствую, как она полностью расслабляется и принимает меня до конца. Набираю темп, рвано дыша, медленно блуждая глазами по ее телу. И кажется, что я на грани оргазма не от размеренных толчков, а от ее вида. От искусанных пухлых губ, от волос, разметавшихся по подушке, от огромных глаз с проволокой, от кожи, покрытой капельками пота, от того, как она сжимает руками простыни, и от ощущения ее дрожащих ног на моих плечах.

Спускаю их, разводя шире, касаюсь клитора, усиливая ее ощущения, чувствуя, как стискивает мой пульсирующий член.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Богдан! — на выдохе произносит она."

"— Да, маленькая, — массирую клитор сильнее, улавливая ее первые судороги.

— Богдан! — уже вскрикивает.

— Да, Алиса, — возбуждённо усмехаюсь, потому что она ничего не хочет мне сказать, а просто выкрикивает мое имя в момент экстаза.

И я перешагиваю грань, когда остановить собственный оргазм уже невозможно. Девочка выгибается подо мной, до боли стискивая мой член. Уже не кричит, тихо протяжно стонет, мечась на простынях, утягивая меня за собой. Выхожу из нее и с хриплым стоном изливаюсь ей на живот, чувствуя настолько остро, что меня немного сносит от волны удовольствия. Падаю на девочку, утыкаясь ей в шею, и сильно всасываю нежную кожу, оставляя на ней свою отметину. Алиса еще дрожит подо мной, но обвивает руками, поглаживая по спине. Мы так и зависаем, летая в блаженстве.

Проходит время, я приподнимаюсь, заглядывая в пьяные глазки, а потом целую, уже нежно и аккуратно, как самое дорогое, что у меня есть.

— Ты как, маленькая?

— Все хорошо, — тихо отвечает она, заливаясь краской. Это не девочка, а подарок.