Компот из запретного плода

– Не совсем так, – поправила Жанна, – на втором этаже несколько палат, куда кладут тех, кому, помимо других врачей, требуются психиатр и психолог.

– А как туда попасть?

Жанна раздавила окурок и сунула его в банку из-под растворимого кофе.

– Пошли, позвоню Рите Масловой, мы с ней дружим, Рита сегодня у психов дежурит. Только, думается, никакого нарка не было, муж ее тещу убил, сначала она в приемном отделении, от стресса, правду сказала, а потом в себя пришла и про грабителя выдумала. Жалко ей муженька, таких дур у нас в отделении полно.

Минут через десять я оказалась на другом этаже, рядом с симпатичной шатенкой.

– Это вы от Жанки? – улыбнулась она. – Иванову ищите?

– Да, – кивнула я.

– И кем ей приходитесь?

– Родственницей, – ловко соврала я, – если честно, общей крови в нас мало, седьмая вода на киселе, но считаем себя ближе сестер. Мне бы с Лидочкой поговорить, если она не спит, конечно.

Рита одернула слишком короткий и узкий халат.

– Ее нет.

– Умерла? – ахнула я.

– Да вы че, – замахала руками Рита, – скажете тоже! С какой радости ей тапки отбрасывать? Порез на голове ерундовый, ей, правда, скобки поставили, но так всегда делают. Кровило сильно, только это нормально, место такое, рана не бог весть какая, а кровь хлещет. Домой ее забрали.

– Кто?

Рита пожала плечами.

– Вроде муж.

– Саша?

– Не знаю, как его зовут.

– Вы видели парня? – налетела я на Риту.

– Не-а.

– Отчего тогда уверены, что Лактионов ее увел?

Рита чихнула.

– Беда у нас в больнице, – неожиданно сказала она, – работать некому, зарплата грошовая. Если думаете, что больные благодарят, денежки дают, то ошибаетесь, никто кошелек расстегивать не спешит, шоколадками отделываются, я на них смотреть уже не могу, вон в сестринской плиток этих видимо-невидимо. А я, между прочим, одеться хочу, и маме помочь надо.

– Ты к чему разговор ведешь? – не поняла я.

– К тому, – тяжело вздохнула Рита, – что положено, сутки отработав, домой идти, да мы с Жанкой за прибавку без отдыха пашем. Я, например, совсем без сна. Вашу Лиду ко мне в семь утра спустили, устроила ее в палате, потом всякая ерундовина началась: градусники, обход, процедуры. В три часа врачи разошлись, дежурный лишь остался, больные после обеда задрыхли, тихий час у них. Здоровье поправляют, ну а я в кладовку к сестре-хозяйке пошла и на матрасах там устроилась, тоже поспать решила.

Не успела уставшая Рита увидеть первый сон, как кто-то потряс ее за плечо. Медсестра открыла глаза и увидела Лиду.

– Где моя одежда? – спросила женщина.

– На складе, – сонно пробормотала Рита, – а что?

– Ухожу домой, – ответила больная, – за мной муж пришел. Где склад?

– Иди на первый этаж, – сообщила Рита и смежила веки.

– Ты ей поверила! – возмутилась я. – Отпустила невменяемую из больницы.