Игра нипочём

Дедушка-арбитр поднялся и очень торжественно, глядя на Рубена, вынес вердикт:

– Бу-бу-бу…

– Бу-бу-бу. – Рубен поклонился в ответ, мельком посмотрел на поверженного врага и всё той же грозно-величественной походкой направился туда, где стоял Краев.

…На глазах совершая обратную метаморфозу, превращаясь в прежнего, привычного Рубена. Жителя двухкомнатной коммуналки, знатока кавказской кухни и автомобильных шпаклёвок… Вот расплелась изысканная причёска, пропала невиданная татуировка…

– Ну, брат, ты даёшь, – только и смог выговорить Краев. – Ну ты даёшь…

А в самом деле, что ещё сказать? «Монстр, машина для убийства»? «Терминатор удавился»?.

. Тьфу, всё мелко, не то.

Ещё Краева прямо-таки распирало от увиденных чудес, но он крепился, оставлял все вопросы – если они будут позволены – на потом. Слово кабальеро – не фиг собачий, его на воздух не бросают.

– Да ладно, просто ножик был хорош… – натянул футболку Рубен. – Правильной заточки. Ну всё, Олег, можем идти. Наша взяла.

Престарелый арбитр забрал оба ножа, протёр их фланелькой и вытащил нечто вроде пульверизатора, каким пользуются в парикмахерской.

Только в этом флакончике была явно не «Красная Москва» и не «Шипр». Стоило дедушке один раз пшикнуть на труп, как поплыло страшное зловоние, следом повалил густой дым, ужасающе заскворчало – и амбал стал таять на глазах. Как шоколадная конфета на асфальте в жару…

Краев и Рубен уже карабкались по лестнице, подальше от хоррора. С лязгом приладили крышку, закрыли лжебетоном, вышли из мафиозных декораций в посткатастрофные… Молча забрались в машину, и суета городских улиц показалась Краеву куда менее реальной, чем только что увиденное.

Паркуя «Жигули» возле дома, Рубен негромко сказал:

– Тебе придётся всё забыть, сирели. Извини, приказ свыше.

Кому-то там наверху было наплевать на слово кабальеро, и Рубену, чувствовалось, было здорово неловко от этого.

– Кино продолжается, – не обидевшись, усмехнулся Краев. – Ну давай, вытаскивай вспышку. Или мне сотрут память, как Шварцу?[81] Или… – Он замолк, огляделся и немного заспанно улыбнулся Рубену. – А… бари луйс,[82] брат. Ты с работы или на работу? Я вот решил с утра погулять, опять башка что-то болит…

– Ты смотри, не терпи зря, Тамара тебе быстренько укол вкатит, – заботливо посоветовал Рубен.

 – Нагуляешься, завари чаю покрепче и в холодильник наш загляни. Там вроде ещё пирог оставался… с малиной… Ну всё, побежал я. Удачи тебе.

– Пока, – посмотрел ему в спину Краев, помассировал висок и двинулся через двор.

«Jingle bells, jingle bells», – крутилась у него в голове неизвестно откуда взявшаяся мелодия…

Варенцова. Утечка информации

– А вас, подполковник Варенец, я попрошу остаться.