Игра престолов

— Трое моих людей погибли на моих глазах, потому что Джейме Ланнистер пожелал наказать меня. Неужели я должен это забыть?

— Мой брат не был причиной ссоры, — сказала королю Серсея. — Лорд Старк пьяным возвращался из борделя. Люди его напали на Джейме и его стражу — именно так, как жена его схватила Тириона на Королевском тракте.

— Не верь этому, Роберт, ты знаешь меня, — проговорил Нед. — Спроси лорда Бейлиша, если сомневаешься. Он был там.

— Я говорил с Мизинцем, — ответил Роберт. — Он сказал, что поехал за золотыми плащами до того, как началась схватка, но он признает, что вы возвращались из какого-то борделя.

— Какого-то борделя? Разуй свои глаза, Роберт, я ездил туда посмотреть на твою дочь! Мать назвала ее Баррой, она похожа на твою первую девочку, которая родилась в Долине, когда мы были мальчишками. — Говоря эти слова, он глядел на королеву, лицо которой превратилось в застывшую маску, бледную и ничего не выражающую.

Роберт покраснел.

— Барра, — пророкотал он. — Решила сделать мне приятное, чертова баба. Я думал, что у нее больше ума.

— Ей нет и пятнадцати, она уже шлюха, и ты считаешь, что она может быть разумной? — ответил, не веря себе, Нед.

Король поглядел на Серсею.

— Тема эта не подходит для ушей королевы.

— Светлейшей государыне не понравится все, что я могу сказать, — заметил Нед. — Мне передали, что Цареубийца бежал из города. Прикажи мне вернуть его и поставить перед правосудием.

Король задумчиво покрутил чашу с вином и пригубил."

"— Нет, — решил он. — С меня довольно. Джейме убил у тебя троих, ты у него пятерых.

— Таково, значит, твое представление о справедливости? — вспыхнул Нед. — Я рад, что больше не являюсь твоим десницей.

Королева поглядела на мужа:

— Если бы какой-нибудь человек осмелился обратиться к Таргариену, как говорит с тобой этот…

— Ты что, принимаешь меня за Эйериса? — прервал ее Роберт.

— Я принимаю тебя за короля! Джейме и Тирион твои братья по законам брака и родственных связей. Старки изгнали одного из них и захватили другого. Человек этот бесчестит тебя каждым своим дыханием, и ты кротко стоишь здесь, спрашиваешь, болит ли его нога и не хочется ли ему вина?

Роберт потемнел от гнева.

— Сколько раз, женщина, должен я приказывать тебе попридержать язык?

Лицо Серсеи изобразило все оттенки презрения.

— Как же это нас перепутали боги? — сказала она. — По всем правилам, тебе следовало бы носить юбку, а мне броню.

Багровый от гнева король ударил ее тыльной стороной ладони по щеке, Серсея споткнулась о стул и сильно ударилась, но не вскрикнула. Тонкие пальцы легли на щеку, бледная и гладкая кожа покраснела.