Игра в наперстки

"

"За беседой о пациентах, связях и друзьях Рассолкина они очень быстро доехали до дома, где уже переминался с ноги на ногу донельзя взволнованный Никанор. Вот удивительно, как такой рассудительный и спокойный человек, как Рассолкин, взял на работу такого паникера.

– Слушай, а он всегда был таким нервным?

– Никанор? Нет, просто он обожает Льва и считает своим предназначением помогать ему во всем. Плюс Никанор из очень бедной семьи, а Рассолкин ему очень хорошо платит. И он живет на втором этаже этого дома. Лев снял ему там небольшую однушку, типа служебного жилья, мотивируя это тем, что не может отвлекаться на разные домашние заботы и так гораздо спокойнее и дешевле, потому что его время стоит очень дорого.

Гуров кивнул, признавая за Рассолкиным это право. В конце концов, каждый человек может позволить себе капельку эксцентричности.

В квартире консультанта одновременно было примерно так, как представлял себе Гуров, и немного не так. Он думал, что-то современное и дорогое. Или, наоборот, вдохновляющая старина. Но вот чего он точно не мог себе представить, так это то, что кабинет будет обставлен…

– Это же пятидесятые?

– Да, пятидесятые и немного семидесятых, – гордо сказал Никанор. – Мы искали эту мебель по всему интернету.

Лев осмотрелся с огромным удивлением. Стол-секретер с ящичками и откидной столешницей, кресло с полированными подлокотниками, оббитое ярко-желтым плюшем, тахта. Ковер под африканский стиль на полу. И торшер с абажуром, украшенным бахромой. Трогательная герань и тюль за тяжелыми длинными шторами…

– Только серванта с сервизом за стеклом не хватает, – вздохнул Гуров.

– Да, мы думали об этом, но остановились на библиотеке, потому что это все-таки кабинет, – развел руками Никанор и добавил: – Но правда же уютно.

И Гуров кивнул. Потому что на самом деле задумка была гениальной. Именно тут, именно сейчас сыщик поймал себя на том, что это был действительно невероятно уютный кабинет. Хотелось прилечь, расслабиться, посидеть за секретером или в кресле. Посмотреть в окно. Выбрать книгу и почитать ее. Пусть это будет что-то из Жюля Верна или Вальтера Скотта.

Гуров подошел к шкафу с книгами. Ну да. Те самые обложки старых советских собраний сочинений. И среди них очень знакомые черные тома в бумажных обложках. Один такой нашли в автобусе, видимо, там его читал Рассолкин. Лев достал первый попавшийся из всего собрания, посмотрел и понял, что именно напоминало ему это дело.

В этом кабинете было продумано все до мельчайших деталей, чтобы пациенты почувствовали себя как дома, надежно защищенные ностальгией. Ведь именно в том, простом и понятном прошлом, хоть и не всегда таком, о котором мечтали многие, было место спокойствию и тишине.