Игра в наперстки

Но боюсь, что мне придется согласиться с вами, Никанор. Да. С Рассолкиным, скорее всего, случилась беда. Пишите заявление в Главке. Ближайшей родни, я так понимаю, у него нет?

– Нет. Но вы же сами сказали, что заявление у меня не примут…

– Примут, если вы напишете там, что Рассолкину угрожали, и опишете тот случай, когда угнали машину, а потом она нашлась с угрожающей во всех смыслах надписью на стекле, – сказал Гуров и добавил: – Заявление я подпишу. Вам тоже нужно будет написать такое же. Это нужно, чтобы мы могли начать оперативно-разыскные мероприятия на всех уровнях. Кроме того, мне нужны телефоны всех знакомых Рассолкина, его распорядок дня. Если он гулял, то мне нужно знать маршрут. Будем проверять по камерам.

Отдав все распоряжения, Гуров позвонил в Безопасный город и узнал, как скоро у него будут записи с камер наблюдения вокруг дома Рассолкина.

– Его машина?

– У меня. Он сам сейчас не водит, потому что принимает лекарства, сильно снижающие давление. – Никанор положил ключи от машины патрона на стол и добавил: – Там могут быть какие-то следы, да?

– Возможно, – коротко ответил Гуров.

Оставив в квартире Рассолкина Ткаченко, Лев и Никанор спустились вниз к машине, и в этот момент Гурову позвонил Орлов.

– Как закончите – возвращайтесь. У нас еще один труп, – коротко сказал генерал.

Глава седьмая

– Я слышал, – испуганно сказал Никанор, когда Гуров положил трубку. – Это же не патрон?

– Если бы это был твой начальник, то генерал так бы и сказал, – отозвался Лев. – Давай к машине. У нас мало времени."

"Машина Рассолкина была чем-то похожа на его квартиру: надежная классика. Старая, но очень ухоженная модель внедорожника. Гуров даже удивился, потому что был уверен, что такая медийная личность ездит на чем-то более… Представительском. Но нет. И то, что это был любимый, рабочий автомобиль, было видно по заднему сиденью, на котором лежали книги, какие-то журналы по медицинской тематике и…

– А вот это уже интересно, – Гуров достал из кармана платок и аккуратно поднял трость Рассолкина.

– Это значит, что его убили?

– Пока еще это ничего не значит, потому что я сам лично видел у Рассолкина две или три трости. Он их менял, но эту мы заберем с собой для снятия отпечатков и микроследов.

Гуров немного соврал. Он видел только две трости. И то, что именно эту трость консультант оставил в машине, было плохим признаком.

– Так, ладно. Едем в Главк. Вы двое пока на посту, если будут какие-то новости, то звоним, – сказал Лев и поехал на работу.

Главк снова штурмовали журналисты. Лев насчитал три машины местных каналов и множество личных автомобилей. Их было несложно вычислить, потому что именно эти машины парковались вопреки всем правилам и буквально напрашивались на эвакуатор.