Играть, чтобы жить. Кн. I. Срыв. Кн. II. Клан

– Внимание! В мир пришла новая сила. Макария, богиня легкой смерти, присоединилась к пантеону Неназываемого.

– Почитатели Павшего! Теперь и у Вас есть возможность выбрать себе бога-покровителя. Для этого Вам нужно посетить храм избранного бога либо обратиться к одному из жрецов Неназываемого.

Беда… Я-то думал, что достаточно будет залезть в меню и тыкнуть пальцем в имя божества. И что теперь? Вера – штучный товар, и мне придется подвесить портал в Первохрам или каждого персонально осенять знамением? Интересно, сколько заплатят Олдеры за гарантированную неуязвимость к похищениям? И хочу ли я давать им такую возможность? Впрочем, тут наши интересы с Павшим могут кардинально разойтись.

Ему нужны последователи, а мне не очень хочется расползания умений по миру. Хотя я ведь Первожрец, и усиление Храма означает также и мое усиление. Фух, голова кругом!

Отмахнувшись от окон сообщений, я оторопел. Из-под купола на базальт пола медленно опускалась фигура юной и симпатичной девушки.

Вскочив на ноги, я отряхнулся и склонил голову.

– Богиня…

Макария повернула ко мне лицо, оглядела заинтересованным, но немного заспанным взглядом.

– Жрец… Как долго я спала?

М-м-м… Захотелось почесать затылок, но я сдержался и напряг математику.

– Больше двух тысяч лет.

– Много… А где мои братья, Гераклиды?

А я знаю? Вот умеет же задавать неудобные вопросы…

– В легендах, – кажется, выкрутился я.

– А это… – девушка брезгливо потыкала пальчиком в остекленевшие наплывы камня. – Мой храм?

– Вообще-то это храм Неназываемого, высшего бога этого мира. Ну и ваш, уважаемая Макария, – подсластил я сообщение о коммуналке.

Богиня нахмурилась и покачала головой:

– Не знаю такого… Но этот ужас не может быть моим храмом… Все должно быть белым!

Макария махнула рукой, и потеки на стенах зашевелились, сглаживаясь, обретая сияние снежных вершин и фактуру нежнейшего мрамора.

В мгновенной вспышке исчезла вся грязь, по полу побежала мозаика, рисуя золотые узоры по искрящемуся белому фону. К недосягаемому потолку взлетели стройные мачты колонн, покрытых замысловатой лепниной, а под куполом заиграли краски тончайшей росписи.

Я стоял с открытым ртом, наблюдая чудесное восстановление храма.

В реале бы такое божественное явление, живо бы перестали носить крестики в качестве дани моде и творить беспредел, прикрываясь знаменем веры.

– Как дома… – прошептала богиня.

Затем схватилась за грудь, пошатнулась и закашлялась – из ее горла ударил фонтан крови. Захрипевшая девушка рухнула на колени и начала заваливаться вбок.

Рванувшись, я подхватил ее на руки и беспомощно закрутил головой. Что делать? Девушка с надрывом кашляла, алые брызги летели во все стороны, из носа и ушей тянулись темные дорожки.