Играть, чтобы жить

– Торпедная атака!

– Фиксирую пуск реактивных торпед! Одна… Две…

– Курс 77… 79… Ориентировочная цель – в глубине косяка рыбы, прикрыта щитами непонятной природы. Поражение через 17… 16… 15 секунд…"

"Как ни странно, аномальная стая почувствовала угрозу. Строй уплотнился и перегруппировался, подставляя под удар наименее ценные особи. На перехват торпедам рванулись косатки – истинные подводные убийцы, дорогу которым уступают даже киты.

– Перехват – подрыв! Ещё подрыв! Незначительные потери среди хищников первой волны. Фиксирую повторный пуск торпед! Одна… Две… Все, «ТА» противника пустые.

– Здесь – акустик! Идентифицирую звуки перезарядки «ТА», а также отстрел контейнеров противодиверсионной защиты носовых кластеров ПДЗ. Подрыв! Фиксирую образование облака поражающих элементов. Размер – 800 кубов, плотность – до 30 элементов на кубометр.

Видеозонд «Борея» уже приблизился на достаточное для снятия качественной картинки расстояние. Теперь офицеры воочию наблюдали фантастическое зрелище – битвы АПЛ четвёртого поколения с сильнейшими существами морских глубин.

Впрочем, у драмы было всего лишь два акта.

Первый – фаршировка вольфрамовыми шариками первой волны рыбьей армады. Не меньше сотни акул, дельфинов и косаток медленно всплывали либо погружались на дно, окутанные облаками красных разводов. Бились раненые киты, жалобно плакал редкий кашалот с оторванным хвостом.

Акт второй. Оставляя за собой бордовую завесу, косяк пробился к уязвимому телу подлодки и атаковал его плотным строем. Стопятидесятитонные синие киты легко сминали четырёхсантиметровую броню прочного корпуса лодки.

Создания поменьше крошили внешнее оборудование, намертво клинили маневровые движки, забивали технологические отверстия и щели.

Минута – и былая гордость американского флота, словно мятая пивная банка, опустилась на дно.

Однако мало кто наблюдал за столь радостным для военного моряка событием. Большинство офицеров, распахнув от удивления рты, продолжали следить за стримом с видеозонда.

Там, на безопасном от места сражения расстоянии, кружились в океанской синеве настороженно хмурящиеся и внимательно посматривающие в сторону «Борея» полногрудые русалки…

Мишка пёр вперёд, рассекая воду широкой грудью и тревожно шевеля ушами, – дно быстро понижалось, глубина искусственного моря подбиралась к двум метрам.

Диссонанс контрастного купания туманил разум зверя. Загривок дымился под жарким солнцем Фронтира, лапы сводило судорогой от суровых примочек Балтики.

Жирные бензиновые разводы на поверхности не добавляли излишнего оптимизма.