Играть, чтобы жить

На их ладонях фейерверком вспухает магия, заготовленные ключ-команды слетают с губ, но уже через мгновение Павший бессильно опускает руки и качает головой:

— Глеб… Она не в нашем мире, я ничего не могу сделать… Это тело — лишь гаснущая мозговая активность в реале… Она умерла…

Я ошарашенно гляжу на него, а затем срываюсь в крике:

— Сделай что-нибудь, ты же бог!

— Я бог ЭТОГО мира, а не реальности Земли. Если хочешь… — Павший замялся.

— Говори!

— Я могу лишь сохранить тело для погребения… Воскрешение бездушной оболочки даже не предлагаю.

— Хорошо… — только и смог прошептать я.

Неслышно подошедшая Макария ласково провела по моей щеке ладонью, стирая невесть откуда взявшуюся слезу.

— Я позабочусь о ней, не беспокойся. Как-никак я богиня легкой смерти… Приходи попрощаться на закате, к Алтарю храма…

Богиня наклонилась, неожиданно легко подняла тело Тани и исчезла в персональном портале.

Павший задумчиво щурил глаза в даль и негромко произнес:

— Мир познал рождение, мир познал смерть. Последние кусочки мозаики встают на свои места. Осталось совсем чуть-чуть.

Неожиданная мысль обожгла мой разум: а как же мама, она ведь была вместе с Таней?! Я заметался, торопливо отсылая сообщения матери, а после ее молчания спасательным службам, охранной конторе, администрации поселка.

Ну же, кто-нибудь!

Первыми отреагировали бодигарды, их короткое сообщение не успокаивало: «Сотрудники на связь не вышли, тревожная группа выехала на место». Еще десять минут паники и километры сожженных виртуальных нервов прояснили ситуацию. Погибли охранник, Таня и предполагаемый киллер. Мать в больнице с нервным срывом, под двойным прикрытием.

Засуетившийся адвокат конторы моментально вышел на меня с соболезнованиями и предложением тихого урегулирования конфликта. Я соглашаюсь не распространяться о провале конторы, они, в свою очередь, берут на себя все формальности и заботы с погребением, максимально уменьшают давление следственных органов на мать и материально компенсируют ей лечение и моральные травмы. Шакалы бизнеса…

Скривившись, даю «добро» и бессильно опускаюсь на ступени Первохрама. В голове пустота, в душе лед. Вышедшие на прогулку дети чувствуют непонятное напряжение в воздухе, оттого необычайно тихи.

На периферии сознания негромко хлюпает носом Бэрримор, подкравшаяся сбоку Коша пытается незаметно вправить мне мозги, делясь тоненьким ручейком счастья и любви. Спасибо, дракоша, но у меня иммунитет к магии разума…

Пространство вновь дрогнуло, извергая в реальность очередную логин-сферу. Я непроизвольно вскинулся, преисполненный иррациональной надежды. Через секунду на мраморные плиты рухнул бледный и растрепанный Док.