Играть, чтобы жить

Ф-ух, пронесло — здравствуй, привычный мир!

Приблуда сочувствующе поинтересовался:

— Баг-репорты шлешь? Я когда увидел, тоже чуть было не оконфузился… Не разгребает никто наших писулек, забило трубу напрочь. Короче, Глеб! Забирай-ка свой посох, если не боишься, конечно, а у меня еще работы — валом! И помощника нанять не забудь, а лучше — трех! Нам теперь реально придется сверлить, строгать и точить. Идей по усовершенствованию стандартных изделий — море!

Последние слова мастера я пропустил мимо ушей, так как размышлял о судьбе сгинувшего подмастерья.

Стремно мне как-то за посох хвататься. А с другой стороны — если не я, то кто? Ладно, не думаю, что артефакт научился выдергивать из людей души, как кинжал Ллос. А любой разовый урон я перетерплю, подарок Неназываемого, глотающий пятьдесят тысяч хитов урона, надежно вмурован в мою ладонь.

Быстро за считаные секунды накручиваю психику до предела, роняя планку сознания и выдвигая на первый план Властелина — я Князь, я Первожрец, я Первый после Павшего! Кажется, будто незримый водоворот силы раскручивается над головой, а за плечами распахиваются огромные призрачные крылья — от горизонта до горизонта.

Где-то во дворе тоскливо завыли гончие, тревожно захлопали крыльями драконы. Решительно протягиваю руку и спокойно беру посох — ибо право имею!

Древний артефакт действительно оказался похож на лениво дремавшего могучего льва. Почувствовав на своем загривке чужую хватку, зверь разъяренно рванулся во все килотонны магических сил. Замок под ногами дрогнул, посыпалась штукатурка, разноцветное крошево витражей зазвенело по плитам двора. Испуганный крик Бэрримора хлестнул по мозгам.

Я застыл неподвижным изваянием, не успевая даже дышать и отбивать удары перегруженным сердцем. Каменная статуя со вздувшимися мышцами и лопнувшими капиллярами. Кровавый пот сочился сквозь кожу, но утереть его не было возможности. Основная битва шла где-то в Астрале, чистое давление силой, властью и правом повелевать.

Рывки артефакта постепенно слабели, зверь признавал победителя вожаком и, ворча, устраивался на новой для себя иерархической ступени.

Жахнул портал, многострадальный серебряный поднос припечатала тяжелая нога Павшего.

Астральная буря, да еще прямиком у Алтаря, не прошла незамеченной.

— Что тут происходит?!

Звякнуло, акустическим ударом божественного голоса вышибло многострадальные остатки окон.

Устало вздыхаю, беру с кровати простынь и вытираю окровавленное лицо:

— Ничего страшного, укрощение строптивого.

Проверяя работоспособность артефакта, нажимаю на удобно ложащуюся под палец кнопку. Подпружиненное фиолетовое лезвие с хищным щелчком выскакивает из основания посоха.