Играть, чтобы жить

Его взгляд затуманился, глупая улыбка проступила на суровом морщинистом лице. Отец Всех Гномов вспоминал…

Велика сила бога – вышедшие из-под контроля эмоции прокатились над Долиной, и слава Павшему, что они были позитивными!"

"Смущённо хмыкнул Бэрримор, закрутились бубликами хвосты у молодых самок гончих, гномы отложили в стороны кирки и заторопились домой, обеспечивать моим землям демографический взрыв.

Мы с Пашкой переглянулись и тихонько, на цыпочках, покинули площадь, оставив мечтающего бога в сладком одиночестве…

Призыв Йаванны неожиданно превратился в мероприятие грандиозного масштаба.

Союзники подтягивались, выстраиваясь стройными каре отрядов, заполняя площадь храмового комплекса «Мерседес» и все свободное пространство вокруг, включая склоны пологих холмов.

Ауле сиял от гордости – редко, безумно редко божество сознательно приглашали в мир. А вот что б ещё с таким почтением и уважением – так и вовсе никогда…

Я глядел на толпу и довольно жмурился кощунственным мыслям – спасибо светлякам и китайцам, давшим нам общего врага и пинком согнавшим альянсовцев с тёплых насиженных унитазов.

Не будь массового вторжения – ещё неизвестно, кто бы оборонял стены Первохрама.

Настоящих буйных мало, один на десяток тысяч. В игре, конечно, пропорция повыше – мнимая неуязвимость, высокий болевой порог и собственное бессмертие подталкивают многих диванных воинов на ратные подвиги. Но всё же – процент хатаскрайников бесконечно велик.

Люди будут держаться за стены родного замка, зажимать ресурсы и золото, являющиеся кровью любой войны, до последнего надеяться, что вот их-то – обязательно пронесёт.

Прижатый к затылку пистолет сухо щёлкнет осечкой, либо выскочит из-за угла спасительная Первая Конная Армия Буденного…

Теперь же битва переросла в личное дело каждого. Крайние хаты сгорели первыми, наше дело было объявлено праведным, силы собраны немалые, и миссия защиты Отечества уже не выглядит столь самоубийственной.

Туговатые на подъём массы постепенно раскачивались, заражали друг друга энтузиазмом и даже потряхивали щербатым железом в ватных ручонках. Битве быть!

Сейчас в Долине скопилось порядка шестидесяти тысяч народу из альянса «Стражей Первохрама» и части влипшего в чужой замес «Дымка».

Боевиков среди всей этой братии едва ли набиралось тысяч восемь, а настоящих воинов – и того меньше. Но всё же… Всё же я смотрел на гомонящую толпу как на своих потенциальных подданных.

Жадные взгляды беженцев на свободные, богатые и крепко защищённые земли я ловил неоднократно.

Отошедшие от первого шока кланлиды рысили по территории, присматриваясь к холмам, уютным полям, горным кряжам и россыпям.