Играть, чтобы жить

Ловлю на себе его вопрошающий взгляд, успокаивающе киваю:

– Я выполнил свою часть договора! Город твой! У тебя есть не меньше суток на перевыборы губернатора и глобальную зачистку в рядах власти!

…

Я сидел в своем кабинете и, нахмурившись, листал аналитику от Лазаря. Гэрэушник попытался поставить себя на место АНБ и спланировать атаку на Первохрам силами Светлых кланов и многочисленных наёмников.

Разворачивающееся на бумаге действо мне однозначно не нравилось. Играй Лев Революции за противника – нам бы пришлось очень кисло.

Сплошные финты и обманки, массированное давление и удары ниже пояса – по реалу, родственникам, детям, финансам и личным ценностям.

Захваты заложников и террор, шантаж и многоуровневая вербовка…

Косясь одним глазом на конспект разведчика, я торопливо набрасывал план контрмер противодействия. Десяток бойцов сюда, наблюдателя туда, магические сигналки тут и тут, вливание золота вот в эти жадные руки и развязывание одного болтливого языка…

Дело спорилось, хотя наличные силы и материальные ресурсы таяли, словно лёд на жарком солнце.

Осторожный стук в дверь заставил меня поднять голову и подслеповато зажмурить уставшие глаза.

Лизка тревоги не проявила, продолжила невозмутимо затачивать ногти до состояния клинков последнего шанса.

Значит, свои. И точно – Оркус.

– Заходи, полковник! Какие новости, что за мысли помяли тебе лоб?

– Привет, командир! Требуется твоё добро. На официальное клановое лицо для связей вышел консильери отца Луккезе из европейского кластера. Просит о личной встрече.

Я удивлённо приподнял брови:

– Святой отец?!"

"– Крёстный отец. Мафиози, ушедший из реала на относительный покой. Старая гвардия на отдыхе.

Консильери – его правая рука и советник. Очень опасные и уважаемые люди в обоих мирах.

Я безразлично пожал плечами:

– Хм… Ну что ж, организуй встречу. Близкое знакомство с триадовцами принесло нам немало лута, чем коза ностра хуже? И передай Аналитику – пусть предоставит максимально полную справку по этим горячим сицилийским парням…

Через несколько часов, после взаимных согласований и рутинной переброски гостя в Супер-Нову, посланник дона Луккезе предстал перед моими глазами.

Представительного вида мужчина, лет пятидесяти, с седым ёжиком волос и мудрыми глазами старца.

Судя по всему, реальный возраст советника шкалил далеко за девяносто, отсюда и непривычный полтинник у аватара. Мир искал баланс между внешней оболочкой и самоощущением сорвавшегося.

Уровень скрыт, однако, судя по тому, что для меня он серый, а для Оркуса – фиолетовый, – где-то под двести пятидесятый. Становится понятным и уважение во взгляде – не часто ему приходится видеть такое подавляющее превосходство.

Видать, не бывал он в азиатском кластере.