Игрок, забравшийся на вершину. Том 10 (СИ)

- Ворон, сумевший вставить слово в этот поток возмущения, быстро продолжил говорить, пока эльф не завёлся ещё сильнее. - Более того, я вообще рассматривал твою кандидатуру на роль учителя для моего сына.

- Хрыч?! Да ты как?! - Вокруг старейшины начала сгущаться энергия, которую тот, очевидно, использовал лишь для придания атмосферы своему недовольству, как вдруг всё резко пропало, и тот удивлённо переспросил: - Что сказал ты только что? Учителем?

- Да. Правда, королева не в восторге от этой идеи. Ты ведь ей всё детство испортил, поэтому она не хочет, чтобы и Анарес пострадал от твоих старческих замашек.

- Хм… Ну, что сказать, признаю. Не нравилась мне она. - Он вздохнул и, потеребив короткую бороду, сосредоточил взгляд на ярко-зелёном камне, парящем над цветком. - Дитя магии жестокой. Скорее демонической даже. Я существо природы, чувствительный к такому. Мне просто не нравились эманации, от неё исходящие. Знаешь, с собаками как. Кому-то эти животные кажутся милыми, а кто-то терпеть не может их.

- Ты же знал, кто она, не мог быть человечней?

- Эльф я. Не человек. У нас чувство прекрасного развито слишком, - старик махнул рукой, не желая продолжать эту тему. - Вокруг да около не будем ходить. За долгую мою жизнь я приобрести множество успел знаний, и пора бы уже поделиться хоть с кем-то ими. Думаю, принц хорошим учеником станет. Поэтому согласен я учителем быть.

- Ну, для этого придётся убедить королеву.

- Сам с этим разберись. И да, - на пару мгновений замолчав, Ламаниэль достал что-то из пространственного хранилища и протянув свою сморщенную руку, передал парню флакон.

Сделав «кыш-кыш» жест, эльф развернулся к сердцу леса и, усевшись напротив, прикрыл глаза, наслаждаясь исходящим от него теплом, словно ребёнок, что соскучился по матери и попал в её нежные объятия.

[Зелье божественной логики]

Ранг: Эпическое

Описание: Мощный эликсир, способный избавить от одного проклятия на выбор.

Взгляд Ворона переместился на протез, затем на статус, где тёмно-зелёным цветом было выделено «пятно смерти», а потом на старика. Состояние, в котором он сейчас прибывал было полной противоположностью того, что он испытывал секунды назад.

Чистая злость, которую он едва сдерживал была готова вырваться наружу и дабы не пожалеть потом о содеянном, он как можно скорее покинул скрытое пространство.