Игрок, забравшийся на вершину. Том 5 (СИ)

И уж тем более не знали об «отражающим гримме» порошке, том самом, который под строгим контролем денно и нощно создавали ведьмы.

Последнее, что увидел Тесс, перед тем как удачный выстрел пробил ему череп, это как среди сжигаемых тел и отрубленных, но ещё не пошедших в ход голов, молча стоял человек, на макушке которого сверкал королевский обруч…

Глава 247. Всех не спасти

Когда была отрублена голова последнего латийца, Уилл, стоя среди костров и десятков изувеченных тел, прочел сообщение:

Внимание! Вы получаете титул:

«Разоблачитель»

Описание: Вы в который раз успешно обличили и убили шпионов, и теперь можете почувствовать их приближение.

Эффект:

+ 22% к вероятности разоблачить врага."

"ВОРон, прочитав и закрыв его, осмотрелся. Те из жителей, кто не пил зелье, сейчас стояли возле палаток и, прижимаясь друг к другу, закрывали носы в попытке избавиться от запаха горящей плоти, но всё было бесполезно. Слишком много тел. Пламя костров разгоралось на одних трупах, ибо дров было маловато.

«Ну, как я и обещал, казнь произошла. Пусть и не латийской королевы, а всего лишь её шпионов, но в этом и заключался смысл».

Одна цель была достигнута, и сейчас солдаты, закутав лица тряпками, чтобы проще работалось, заканчивали со вторым пунктом королевского плана…

Спустя семь часов вернувшись в игру, Уилл застал восход солнца, который, словно приподнимая занавес перед началом спектакля, проливал свет на устрашающую картину. Около пятидесяти деревянных копий с нанизанными на них головами частоколом стояли с двух сторон от входа в столицу. В рот каждой их них была вбита стрела, на конце которой развевалось миниатюрное знамя.

Это было объявление войны.

Своей зачисткой разбойник заявил каждому разумному: «Адамарона» восстала из пепла и готова подняться с колен. Те, кто хотят встать у неё на пути… Храни вас бог.

Лагерь шумел. На лицах простых граждан читался ужас, восторг, желание сражаться или же наоборот тяжёлое ожидание грядущего. Зашумел ветер, пройдясь по волосам на отрубленных головах, глаза которых либо застыли в злобе, либо были безмятежно закрыты. Волосы же Уилла под этим порывом неодобрительно зашипели, но он, прикрыв глаза, подставил лицо утреннему «гостю», вдохнул и посмотрел на толпы людей и существ.

Ждали, когда король скажет слово, и Ворон, поправив приподнявшийся плащ, начал говорить. Его голос, сначала негромкий, с каждым словом, будто рокот горна, наращивал силу, разносясь среди слушателей.

— Мой народ! Настала пора открыть вам глаза! И эти костры, наполненные телами врагов, являются доказательством того, что наша страна пронизана теми, кто считает нас лишь пищей.