Игрушка альфы

— Он и правда никогда не отпустит меня? — решила я уйти чуть в сторону от ее вопроса.

Сати взяла мои руки в свои и потянула меня к креслам у окна. Когда мы сели, она наклонилась ближе и тихо спросила:

— Неужели ты совсем-совсем ничего к нему не чувствуешь?"

"Я в замешательстве покусала губу.

— Чувствую… когда мы вместе. Герд… он… очень настойчив… — Щеки зажгло, но Сати лишь ободряюще сжала мои руки, вынуждая продолжать. — Но это только малая сторона жизни.

— Пока ты будешь продолжать отвергать его, он будет лишь сильнее пытаться завоевать тебя.

— А если я приду к нему добровольно, он потеряет ко мне интерес? — с надеждой спросила я, а Сати громко хмыкнула, не удержавшись.

— Во имя первого волка, Лина! Конечно же нет! Его волк выбрал тебя. Герд выбрал тебя.

— Значит, я навсегда привязана к нему…

— Ты влюблена в кого-то другого? Из своей прошлой жизни?

— Нет.

— Тогда что тебя гложет?

— Не обращай внимания, Сати, — отмахнулась я как можно небрежней. — Ты права, я просто попробую довериться своим инстинктам.

Казалось, Сати поверила, но все же остаток дня не сводила с меня подозрительного взгляда. Ну не могла же я сказать ей, что боюсь возможной беременности и не хочу оставаться здесь, на чужой земле, и связывать свою жизнь с волками. Когда у меня пришла кровь, я так обрадовалась, что захотела танцевать, но траву от зачатия стоило отыскать немедленно, пока Герд не вернулся. Поиски в дворцовом саду не принесли результата, значит, нужно было как-то попасть в город и раздобыть необходимое там.

Такая возможность представилась неожиданно. Сати хотела забрать из своего домика, в котором пряталась с Эваром, оставленный там охотничий нож — подарок отца. Я вызвалась с ней, надеясь уговорить ее побывать и в городе.

Надев сшитое для меня простое платье и плащ с капюшоном, к внутренней стороне которого я заранее пришила карман, я дожидалась Сати в дворцовом саду, когда увидела Латису. Все это время мать Герда избегала меня так старательно, будто я была больна красной хворью.

Уезжая, Герд за главную оставил свою сестру, и это нанесло гордости Латисы ещё один удар. Но раненая волчица — не мертвая, об этом я каждый день напоминала себе, ожидая очередной пакости от Латисы.

Вот и сейчас она, воспользовавшись тем, что я была одна, медленно направилась в мою сторону.

— Чудесный день, Селина, — кивнула она мне. — Не составишь мне компанию на прогулке по саду?

— Я жду Сати, — решила я сразу же предупредить.

— Она волчица и, конечно же, найдет тебя. Запах смертных очень, — Латиса наморщила аристократичный нос, — силен.

Ну вот, началось.

— Конечно, — я кивнула, решив не дразнить ее отказом.

Мы молча двинулись по одной из аллей сада. Сладковатый аромат цветов щекотал обоняние, а яркий цвет лепестков радовал глаз.