Любовь до востребования

Марш-бросок по тундре, волнение и напряжение встречи, ожидание решения Максима – всё это высосало из неё массу энергии и сил – как физических, так и душевных.

Отбросив колебания, женщина отправилась в спальню и с наслаждением растянулась на кровати.

Она устала, ей требуется хороший сон – в безопасности, чтобы не вскакивать на каждый звук и шорох

***

Впервые за сотню лет, что он живёт, Максим не знал, что ему делать.

Если бы Оля надерзила ему, наврала, да хоть что – но наедине, он спустил бы всё на тормозах, списав всё на стресс и молодость женщины. Но она лгала на глазах всего клана.

- Приготовьте вертолёт, - приказал он, ни к кому конкретно не обращаясь, зная, что распоряжение вожака без внимания не останется.

- Альфа, хочешь сам всё проверить? – Тулун мял в руках шапку. – Ты сказал – завтра отправишь охотников, сегодня-то до темноты часа два осталось, а самок оставили в дне интенсивного перехода. Не успеют.

- Да, чтобы время не тратить, слетаю на место ночёвки, сам осмотрю места, где самок оставили. Моя жена замешана, да её сестра, я отвечаю за обеих, мне и разгребать, нечего отвлекать волков от работы.

- Возьми меня! Вдвоём скорее управимся, вечер не за горами, - попросил Тулун. - Вертолёт сейчас будет, можно выходить уже.

- Один справлюсь, - отрезал Максим и добавил, показывая изображение на планшете: - Вот маршрут движения обеих самок, нанесён на карту по сигналам маячков. Запомнишь? За это время следы уже выветрились, если и осталось что – так совсем немного, нюхай внимательно Далеко не бегай, километра три проверь, пройдись челноком от стойбища в направлении тундры. Ольга упоминала фонарик, в вещах мы его не обнаружили.

- Я понял, - ответил Тулун. – Белая волчица не знала про запрет, поэтому несла нож, не пряча. Скорее всего, она действительно подобрала предметы, а не приготовила их заранее. Но если у серой волчицы был фонарик, и он пропал, то, возможно, она была предупреждена, поэтому и выбросила улику, не донеся до посёлка?

- Ты понимаешь, - согласился Максим. – Не хочу огласки, пока всё не выясню.

- Её не будет.

Кивнув друг другу, волки разошлись – Максим направился к вертолётной площадке, а Тулун, обернувшись зверем, бодро порысил в сторону сопок.

Стрекот вертолёта разносился на многие километры, предупреждая тундру об опасности.

Разбегались олени, прятались по пещеркам и норкам лемминги и евражки, прижимались к земле песцы. И только пара полярных волков с подросшими сеголетками и один медведь-одиночка взглядами проводили стальную стрекозу.

Вертолёт – это люди. А люди – это всегда боль и смерть. Правда, иногда это пища, но очень, очень редко, по случаю.