Любовь до востребования

Подвесить бы или камней подложить, чтобы туша не двигалась, ну, да и так справится, не в первый раз!

Волчица споткнулась о взгляды зрителей и неожиданно для себя рассердилась.

Да что же это такое? Она им клоун, что ли? Достали!

Вот на самом деле – достали! Всем должна, обязана, а её кто-нибудь спросил – чего она сама хочет?

Открыв нож, стараясь не зацепить мышцы, женщина первым делом сделала разрез от нижней челюсти до хвоста оленя. Потом окольцевала каждую ногу и, помогая ножом, аккуратно стянула шкуру. Перешла к шее, отделила кожу шеи от головы и в несколько приёмов перевернула оленя на живот.

Никто не помогал, волки стояли, внимательно наблюдая за действиями волчиц. Внезапно чуткое ухо уловило еле сдерживаемые смешки – там, потом с другого бока, и здесь. Веселье лёгким бризом пронеслось над площадью и смолкло, наткнувшись на полный ярости взгляд альфы.

Над ней смеются? Ну да, она не смогла одним движением перевернуть тушу, пришлось передвигать её в три приёма. Или она опять что-то нарушила?

Оля вскинула голову и увидела, что все смотрят куда-то мимо, за её спину. На Алину, что ли?

Женщина обернулась – ну да, как она могла забыть об умениях сестры?

Ругаясь сквозь зубы, Алина резала и тянула, умудряясь вместе со шкурой прихватывать мышцы или прорезать кожу насквозь.

Оленей убили едва ли полчаса назад, Алина только что не по уши перемазалась в крови, на лбу прилипла шерсть. В довершение всего, она зачем-то пропорола брюшину и порезала кишку. Пачкая площадку, шкуру, Алину и мясо, из разреза медленно вытекали фекалии.

Передёрнувшись, волчица вернулась к своему оленю и, осторожно одной рукой оттягивая шкуру, ребром второй отделяла кожу от мышц.

Несколько минут, и вся шкура была аккуратно снята. Собственно, нож ей понадобился только для разрезов вдоль брюха, вокруг ног и шеи, всё остальное она проделала одними руками, ведь у оленя шкура легко отделяется. Не то что у кабана! Вот с кем намучаешься, особенно, если это взрослый самец.

Оттащив шкуру в сторону, Ольга положила её мездрой вверх и, поколебавшись – жалко мясо, пропадёт же! – решила заодно оленя выпотрошить.

Всё равно – она покосилась на сестру – той ещё долго возиться.

Она успела закончить разделку, когда, наконец, перемазанная и благоухающая Алина завершила свою работу.

- Ну ,что волки скажете? – сдержанно проговорил Максим.

По рядам оборотней пронёсся гул.

- Да, я тоже под впечатлением, - альфа перевёл взгляд на волков сопровождения. Те стояли, сжимая кулаки и катая желваки – дочь альфы показала себя совершенно неприспособленной. Позор-то какой! – Тулун, принеси шкуру, которую мы нашли на месте ночёвки волчиц.

Волк отошёл и почти сразу вернулся с завёрнутой в брезент заскорузлой кожей.