Иисус из Назарета

Ссылка на пророка Исайю — своего рода ответ Матфея на возможный недоуменный вопрос о том, почему Спаситель приходит не из Иерусалима и Иудеи, как можно было бы ожидать, а из земли, которая считалась полуязыческой: то, что Он приходит из Назарета, из Галилеи (обстоятельство, которое в глазах многих как раз говорит против мессианского предназначения Иисуса), — является в действительности свидетельством Его Божественной миссии. Матфей, повествуя об Иисусе, даже когда речь идет как будто о незначительных деталях, с самого начала постоянно опирается на Ветхий Завет. И если у евангелиста Луки мысль о том, что все Священное Писание пронизано Им и о Нем говорит, сформулирована лишь в общем виде — вспомним слова Иисуса, сказанные ученикам по дороге в Эммаус (Лк 24:25–27), — то у евангелиста Матфея это сквозной мотив, который он развивает на протяжении всего рассказа о пути Иисуса, стараясь обнаружить подтверждение тому в каждой мельчайшей подробности.

Матфей начинает свое описание служения Иисуса с того, что выделяет его главные вехи (Мф 4:12–25); эта первая, суммарная характеристика содержит в себе три основных элемента, которые мы будем в дальнейшем рассматривать более подробно. Сначала дается квинтэссенция проповеди Иисуса, вбирающая в себя весь смысл Его послания: «Покайтесь, ибо приблизилось Царство (владычество. — Й.Р.) Небесное» (Мф 4:17). Далее следует призвание двенадцати апостолов, представляющее собою символический жест и одновременно совершенно конкретное действие, через которые Иисус возвещает и подготавливает обновление народа, разделенного на двенадцать колен, — новое собирание Израиля. И наконец, уже здесь становится очевидным, что Иисус не только Учитель, но Спаситель человечества: Иисус поучающий есть одновременно Иисус спасающий.

Так Матфей в нескольких штрихах — в четырнадцати стихах (Мф 4:12–25) — дает своим слушателям первое представление об образе и деятельности Иисуса. Далее следует Нагорная проповедь. Что это такое, Нагорная проповедь? Матфей, передавая великую речь Иисуса, представляет нам Его как нового Моисея, причем в том глубоком смысле, который открывается благодаря отсылке (Мф 4:14) к пророческому обетованию, данному во Второзаконии.

Вводный стих пятой главы Евангелия от Матфея представляет собой не просто более или менее формальный «повествовательный зачин», но имеет гораздо более глубокий смысл: «Увидев народ, Он взошел на гору; и, когда сел, приступили к Нему ученики Его. И Он, отверзши уста Свои, учил их…» (Мф 5:1). Иисус садится — по праву учительствующего. Он занимает место на «кафедре» горы.