Их жаркий ноябрь

— А игрушку можно? — с надеждой посмотрела на монстра Ева.

— А здесь продают игрушки? — удивился Константин. И мне сразу стало ясно, что у него никогда не было детей.

— Даже шарики дарят, — сообщила я.

— Ну, тогда идем, — подмигнул Еве Покровский.

Улыбнулась, не удержалась. Слишком забавно они смотрелись у кассы в очереди — Ева и огромный монстр в стильном кашемировом пальто.

Они вернулись с целым подносом еды.

— Скупили все, что было в меню? — усмехнулась я.

— Просто мы не спросили, что ты будешь. А кричать через толпу было неудобно. — Константин приземлился напротив нас с Евой и принялся раскладывать коробки с гамбургерами и картошку.

Этот переход на «ты» всколыхнул тревогу. Я боялась этого «ты» — ведь оно запускало свои ледяные щупальца в мою душу, и та начинала откликаться.

— Мы сходим руки вымыть, — выдавила из себя. Поднялась из-за стола и потащила Еву в дамскую комнату.

Когда мы вернулись, Константин задумчиво пил кофе из бумажного стаканчика.

— Знаешь, Анна, я передумал, — скользнул по мне взглядом он. — У нас с тобой ничего не выйдет. Извини, что испортил вам с Евой праздник и дал повод для сплетен.

Я растерянно подняла на него глаза.

— И лучше тебе уехать из города. Возвращайся с дочкой к родителям. Здесь ты больше не найдешь работу, твой бывший работодатель об этом позаботился.

Натянуто улыбнулся, допил кофе и подмигнул Еве.

— Не скучай, малышка.

Поднялся из-за стола и положил на поднос пятитысячную купюру."

"— Прощай, Анна. На деньги купи вам еду и заправь машину. Этого должно хватить.

Развернулся и быстро зашагал к выходу сквозь толпу желающих поесть гамбургеры.

Я сидела и ошеломленно смотрела в обтянутую кашемировым пальто широкую спину. Константин растворился в толпе, а меня пронзила горечь потери. Что-то едва уловимое шевельнулось в сердце и тут же померкло. Теперь я не хотела, чтобы он уходил. Но он решил по-своему. Оставил меня одну накануне ноября.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 10

На город опустился вечер. Ева смотрела мультфильмы по телевизору, а я мерила шагами кухню, смотрела в окно и курила у открытой форточки. Я не находила себе места.

Если Константин прав, мне нечего делать в городе. Мой муж растворился в закате, а без работы ипотеку и все счета я не потяну. В родном городе есть, где жить, пусть всего лишь двушка на четвертом этаже девятиэтажки, но мама и папа меня не прогонят. Поищу работу по профилю, глядишь, все наладится.

Затушила сигарету и набрала номер телефона матери. Рассказала все, как есть.

— Возвращайся, что-нибудь придумаем, — вздохнула она. — Я скажу папе, что ты завтра будешь дома. И подай, наконец, на развод.