Их жаркий ноябрь

Узкие бедра, широкие плечи, темные шелковистые волосы на груди, хищный взгляд собственника… Я почувствовала, как снова вспыхнула искра где-то внизу живота. Очень соблазнительное видение для одинокой женщины.

— Ты чего загрустила? — скользнул по мне взглядом он.

— Домой звонила, — протянула ему телефон.

— Давай в душ, и на кухню. Иначе я сдохну от голода, — забирая у меня телефон, поморщился Константин. Достал из шкафа джинсы, футболку с длинными рукавами и быстро оделся.

Я нащупала один из принесенных им пакетов и заглянула внутрь.

Вообще-то, у него был хороший вкус. В пакете оказалось не только белье. Планируя взять меня с собой, он купил мне стильное шерстяное платье черного цвета, которое приятно облегало фигуру. Красивые шелковые чулки. Черные, без пояса. Никогда не носила чулки. Но вспомнила стрелку, помятую юбку и джемпер, и мысленно махнула рукой на совесть. В конце концов, он купил эти вещи для меня. Почему бы их не надеть?

Ужинали молча — так проголодались, что не было сил говорить. Гамбургеры запивали томатным соком, а я с тоской посматривала за стекло. Туда, где в полном мраке снова лил дождь. На эти несколько часов в объятиях Константина я внезапно стала настоящей. Такой, какой могла бы быть, если бы моим мужем был он, а не Валера. Только чудес не бывает.

— Ты красивая, когда грустишь. И глаза у тебя… до сих пор светятся, — буркнул Константин и почему-то улыбнулся.

А я вдруг поняла, что никогда в жизни не смогу работать в той роли, которую он для меня приготовил. Слишком сильно я на него запала.

— Прогуляйся со мной по набережной, — сорвалось с губ.

— Там же дождь, — удивленно взглянул на меня Константин.

— Ты же любишь дождь?

— Любить дождь и гулять под дождем — разные вещи, — он усмехнулся. — Ну, да ладно. Идем, прогуляемся.

Помог мне надеть пальто, которое оказалось в гардеробе в прихожей. Я натянула сапоги, взяла сумочку, и мы вышли из квартиры.

Лифт быстро спустил нас на первый этаж. Миновали консьержа, и оказались на темной улице.

Сырой и тяжелый воздух пахнул в лицо желанной прохладой. Константин раскрыл зонт, и мы быстро перешли дорогу.

На набережной было тихо. Еще работали небольшие ресторанчики, яркие фонари освещали дождь и усыпанные листьями дорожки, но прогулочные катера уже стояли на пристани уснувшими, до самой весны. Совсем близко бились о бетон тихие речные волны. Я сжимала локоть Константина и отчего-то чувствовала себя потерянной.

Он подошел к темной воде и задумчиво посмотрел вниз. Подхватил меня за талию, и скоро я оказалась в его объятиях.

Из-за дождя потеплело. На набережную опустился плотный туман и стало почти ничего не видно. Ночь, осенняя сырость, и туман. Мне казалось, я никогда не видела картины прекраснее.