Иль Мактуб. Судьба Эмира

Я осталась сидеть на кровати, не в силах сдержать накатившую волну ярости. Схватив поднос с кофе, я с силой швырнула его на пол. Кофейные капли разбрызгались по полу, словно чёрные пятна на моей разбитой душе. Что он хочет от меня? Зачем тянет эту игру?

***

Когда я спустилась вниз, он ждал меня у машины. Его лицо было безмятежным, но в его глазах угадывалось скрытое напряжение. Он открыл передо мной дверь, жестом пригласив сесть, и я сделала это с явной неохотой. Мы снова погрузились в молчание. Он не сказал ни слова, и это молчание было хуже, чем любой крик.

"Мы ехали долго. Пейзаж за окном менялся — от зелени и пальм до сухой пустыни, где каждый клочок земли был выжжен солнцем. Я пыталась не думать о том, что происходит, но всё время ловила себя на мысли о нём, о его скрытой силе и контроле. Когда машина остановилась, я оглянулась и увидела перед собой что-то странное. Мы стояли у руин дома. Каменные стены были обгоревшими, черными от времени и огня. Ощущение заброшенности витало в воздухе. Я не знала, где мы, и зачем он привёз меня сюда.

— Где мы? — спросила я, выходя из машины и вглядываясь в эти развалины.

Ахмад стоял рядом со мной, его глаза были прикованы к руинам, но в его взгляде читалось что-то большее — боль, утрата… воспоминания?

— Этот дом когда-то был нашим, — проговорил он тихо. Его голос звучал странно, почти пусто. — Мы жили здесь. Когда-то, давно.

Я посмотрела на него с недоумением. Нашим? Что он имеет в виду? Этот чёрный, обугленный дом — мой? Как это возможно?

— После твоего исчезновения, — продолжил Ахмад, его голос стал ещё тише, — этот дом сгорел. Всё исчезло вместе с тобой.

Моё сердце пропустило удар. Эти слова резанули меня. Исчезновение? Что он имеет в виду? Как я могла жить здесь, если я ничего не помню? Я посмотрела на него, пытаясь найти ответ в его глазах, но вместо этого видела только холод и уверенность.

— Ахмад, — прошептала я, пытаясь разобраться в собственных чувствах, — расскажи мне, как я оказалась здесь. Как я стала твоей женой? Я должна знать, кто я.

Он повернулся ко мне, его тёмные глаза прожигали меня насквозь. Я не могла понять, что он думал в этот момент, но что-то в его взгляде говорило мне, что этот вопрос не останется без ответа.

— Ты узнаешь всё, Вика, — сказал он тихо, но его голос был пропитан скрытой угрозой. — Но не сейчас. В своё время.

Я стояла перед обугленными руинами, чувствуя, как весь мир качается у меня под ногами. Дом, который, по его словам, когда-то был моим, стоял передо мной в печальной тишине. Каменные стены, разрушенные и черные, казались мне символом чего-то большего — того, что сгорело внутри меня вместе с моими воспоминаниями.