Имя мне Тьма

Бузулуцкий давно здесь не был, да и адрес помнил лишь примерно. Пока они искали нужное здание, над городом сгущались сумерки, на улицах зажглись фонари.

Наконец им удалось отыскать тот самый дом. Дверь подъезда была распахнута настежь, а домофон вырван со всеми потрохами: из дыры торчали лишь обрывки проводов. Это отлично характеризовало жильцов дома.

Выбравшись из машины, друзья поднялись по обшарпанным ступенькам и вошли в подъезд. Сильно пахло уксусом, сыростью и гниющими помоями. Рыжий жил в тесной однокомнатной квартирке под самой крышей. Степан забыл расположение дома, но хорошо помнил эту неуютную захламленную берлогу, ведь когда-то они компанией трудных подростков проводили здесь много времени.

Поднявшись по лестнице на пятый этаж, Бузулуцкий сразу узнал знакомую облезлую дверь.

– Ну вот и пришли, – констатировал Степан, осматривая стены в поисках кнопки звонка. Кнопка отсутствовала, на темно-зеленой стене осталось лишь неприметное пятно, где она когда-то располагалась.

– То еще местечко, – поморщился Егор. – Гадюшник какой-то.

– У меня мать сейчас почти в таком же доме живет, – неохотно признался Бузулуцкий. – Туда как сходишь, так потом сразу помыться хочется.

– Ты давно ее видел? – тихо спросил Кукушкин.

– Пару месяцев назад. Случайно оказался в тех краях и решил зайти. Она спала пьяная и даже не проснулась. Пытался ее растолкать, но куда там… Храпит только и слюни пускает. Ну я и ушел, – мрачно ответил Степан.

– Она ведь тебе даже не звонит, – заметил Егор.

– Не считает нужным. И я не считаю, поэтому тоже ей не звоню, – сообщил Степан, а затем дернул дверную ручку.

Дверь с легкостью распахнулась. Степан и Егор настороженно замерли на пороге.

– Он что, никогда квартиру не запирает? – спросил Кукушкин.

– На него это не похоже, – озадаченно пробормотал Бузулуцкий. – Будь осторожен.

Егор на всякий случай вытащил из рюкзака электрошокер."

"Они вошли в квартиру Рыжего и оказались в узком темном коридоре. Прямо перед ними зиял дверной проем, ведущий в единственную комнату. Там горел приглушенный свет, при котором Егор разглядел старую мебель из темного лакированного дерева, горы хлама и грязный пол, заваленный какими-то тряпками и клочками бумаги. Стены были оклеены пожелтевшими от времени обоями, поверх которых в беспорядке были наклеены постеры разных рок-групп.

– Рыжий! – позвал Степан. – Ты дома?

В комнате раздались чьи-то шаги и шелест бумаги. Егор покрепче сжал рукоятку шокера, готовый в любой момент применить его по назначению, но это оказался не Рыжий.

Перед ними возникла привлекательная девушка с длинными темными волосами, стянутыми в хвост. На ней был дорогой темный брючный костюм, на шее блестело массивное ожерелье из разноцветных камней.