Имя мне Тьма

От греха подальше, – ответил Кукушкин. – Он и так на тебя зуб точит.

Степан понял, что Егор прав, и промолчал.

– Что за бабские истерики? – крикнул Решетников, схватив Перелозова за грудки. – О тебе уже весь персонал музея шепчется! Что ты вчера тут устроил? Выставил себя посмешищем! Так и дал бы тебе по роже!

– Чтобы я стал таким же красивым, как ты? – злобно расхохотался Константин Аркадьевич.

Решетников осекся и машинально коснулся пальцами пластыря на скуле.

– Я видел эти видеоролики, они повсюду, – выдохнул Перелозов. – И другие учредители их тоже видели. На твоем месте я больше опасался бы их реакции! Все уверены, что твоя дочь вчера напилась и устроила дебош. У видео с ее участием просмотров даже больше, чем у тех, где тебя бьют по морде!

– Все близкие знают, что моя дочь не пьет, кретин, – злобно бросил Владимир. – И вообще сейчас речь не о ней. Мне еще вчера донесли, в каком невменяемом состоянии тебя нашли на лестнице.

– Но я видел свою жену, говорю тебе! – Перелозов начал яростно вырываться, но Решетников крепко держал его. – Видел ее, как сейчас вижу тебя!

– Да быть этого не может.

– Думаешь, я сошел с ума?

– А что, предпосылок хватает.

– Я не сумасшедший! Понимаю, это звучит безумно, но это точно была она! Анжелика!

– И как ты это объяснишь? – прищурился Решетников.

– К чему мне что-либо объяснять? Она практически набросилась на меня. Любой на моем месте испугался бы! Эти болтуны нашли меня, когда я был вне себя от ужаса. А они уже разнесли по всему музею. Добраться бы до них, всех бы уволил к чертовой матери.

– Они еще долго будут перемывать тебе кости, вот увидишь. Советую взять себя в руки, пока персонал не решил, что ты окончательно спятил, Константин, – злобно выдохнул Владимир. – И закрой рот, пока тебя практиканты не услышали. У меня дочь где-то здесь, в соседнем помещении. Не хватало еще, чтобы и она посчитала тебя психом.

– Сколько раз тебе повторять? Я не псих!

– Мне плевать на то, что тебе там померещилось, но, если ты еще хоть раз выкинешь нечто подобное, я тебя насильно к психиатру доставлю!

Решетников резко отпустил Перелозова, и тот начал одергивать пиджак.

– И все же я ее видел. И никто меня не разубедит! Можешь верить или нет, но, раз уж она объявилась… то и к тебе наведается. Ведь вас столько всего связывало, – ядовито бросил Константин Аркадьевич. – Я даже удивлен, что первой она явилась ко мне. В последние месяцы мы с ней практически не разговаривали… А теперь она тут!

– Ты сам себя слышишь? – холодно поинтересовался Владимир. – Утверждаешь, что по музею разгуливает покойница, похороненная несколько лет назад? Еще одно слово, и я в самом деле сдам тебя в психушку.

Степан и Егор за тележкой снова ошеломленно переглянулись.