Имя ей Хель

Заполучить твою голову? Или нечто гораздо большее? О-о, терпение убийцы всегда вознаграждается, да, Хель? – Он провёл ладонью по моей щеке, по шраму на моих губах, а я едва сдержалась, чтобы не плюнуть ему в лицо. – И что я вижу? Ты наконец вернулась. Одета как лучшие воины Королевской гвардии, а тут, – он поднял кошель, – золота больше, чем стоит твоя голова. Я даже не сразу узнал тебя, когда ты вошла в таверну, такая самоуверенная, потолстевшая – прямо обласканная и откормленная кобыла! – он хлопнул меня по щеке, засмеялся, довольный сравнением, и встал.

 – Ты так торопилась, что даже не заметила меня, хотя, признаюсь, меня сложно заметить, когда я на охоте, – он самодовольно улыбнулся. – Ну так вот, мне стало любопытно, что ты задумала. И я увидел достаточно, чтобы понять, что ты водишься с фейри. Итак, вопрос. Сосредоточься, Хель. – Он снова сел напротив, к моему горлу прильнуло холодное лезвие моего же ножа. – Где ты взяла золото и есть ли там ещё?

Я смерила Расмуса злым взглядом. Так вот, что он задумал. Решил, что, не убивая меня, сможет набить карманы потуже. Большая ошибка, Расмус.

Терпение – добродетель всех убийц. А вот жадность – их враг. Но я не торопилась открывать рот – Расмус не купится, если я сразу выложу все карты на стол.

– Хель, не испытывай моё терпение. – Нож надавил сильнее. – Знаю, что у нас были не самые гладкие отношения, но я ведь буду тебе поближе этих остроухих.

– Да я лучше язык себе откушу.

Кулак прилетел под рёбра, я задохнулась, рухнула на бок, и пинок отбросил меня к стене. Сапог лёг мне на голову и придавил к полу.

– Кажется, ты не понимаешь, в каком положении оказалась.

Либо я отрезаю твою голову прямо сейчас, либо ты показываешь мне, где берёшь фейское золото.

– Иди в жопу.

– Как скажешь. – Расмус перевернул меня на живот, схватил за запястье и заломил так резко, что оно хрустнуло. Я порадовалась, что руки затекли настолько, что я ничего не чувствовала. – Можем начать с пальцев, какой отрезать первым? Мизинец? Или лучше вот этот, с прекрасным золотым колечком?

– Ладно! – крикнула я, когда нож прильнул к пальцу. – Ладно! Я скажу!

Колено Расмуса ударило меня в раненое плечо, он навалился всем весом.

Я, не сдержавшись, закричала. Он сгрёб меня за волосы на затылке и оттянул голову назад, влажные губы коснулись моего уха.

– И лучше бы тебе не пытаться меня обдурить, сука.

Расмус отступил, и я беспомощно уронила голову на пол. Темнота застилала глаза, уши заложило, а боль пульсировала во всей левой стороне тела. Как будто где-то вдалеке заскрипела кровать под весом Расмуса.

– Ну, – поторопил он.

– Фейри платят за работу, – пробормотала я в грязный пол.

– Громче, Хель, я не слышу.