Имя ей Хель

Руки дрожали от спешки и волнения, и приходилось то и дело останавливаться и считать про себя, чтобы немного успокоиться и заодно прислушаться – не идёт ли кто. Перстня нигде не было – я перевернула все шкатулки, а потом сложила всё обратно, надеясь, что ничего не перепутала.

Переместилась к письменному столу, осмотрела столешницу – ничего. Как можно тише стала выдвигать ящики. Судорожно выдохнула, когда увидела заветный перстень во втором из них. Схватила, сжала в кулаке и помчалась к выходу. Выскользнула из спальни и тихонько закрыла дверь.

– Хель?

Я едва не подпрыгнула от ужаса. Сердце зашлось бешеной дробью, и руки вцепились в дверную ручку, отказываясь разжиматься. Да чтоб была проклята бесшумная походка фейри!

– Что ты здесь делаешь?

Я медленно обернулась, усилием воли сгоняя перепуганные мысли в кучу и незаметно пряча перстень под наруч.

– Я хотела поговорить.

– Сейчас? – Брови Хоука дрогнули.

Я сглотнула.

– Это был дурацкий порыв. Я была настроена решительно и даже позволила себе заглянуть в комнату без стука. Тебя не было. И я решила, что раз ты всё ещё не вернулся, то это знак, что разговор – плохая идея. И теперь я совершенно точно в этом уверена.

Я попыталась пройти мимо, но рука Хоука впечаталась в стену, преграждая мне путь. Я охнула и отпрянула от неожиданности.

Хоук посмотрел на меня очень серьёзно, настолько, что мне показалось, что он прямо сквозь наруч видит украденный перстень.

– О чём ты хотела поговорить?

– Говорю же, передумала.

– Это из-за нашего утреннего разговора? – Он продолжал не отрываясь смотреть мне в глаза, и я заметила, что они едва заметно светятся в темноте.

– Да, – ляпнула я, хотя от волнения даже не помнила, о чём мы говорили утром."

"Он ждал, что я скажу что-то ещё, а потом выдохнул, проведя ладонью по лицу.

– Хель, я встречаю тебя посреди ночи у дверей моей спальни. Как, по-твоему, это выглядит?

Как кража. Или предательство. В целом и то и другое.

– А как ты хочешь, чтобы это выглядело? – сказала я вслух.

– Ты знаешь как…

– Значит, ты знаешь, что это очень и очень плохая идея…

– Да.

Хоук мягко прижал меня к стене, наклонился, замерев в мгновении от моих губ. Нить между нами накалилась, пульсируя и становясь ярче, отяжелела, крепче обхватывая моё трепещущее сердце.

А потом – Хоук меня поцеловал.

В этом поцелуе не было ни капли магии, но у меня всё равно закружилась голова, кожа покрылась мурашками, а живот наполнился лёгким трепетом. Ноги стали слабыми, а дыхание остановилось. То ли от страха, то ли от языка Хоука, который сплёлся с моим. Когда его руки легли на мою талию и сжали, я застонала от того, насколько болезненно-приятно натянулась нить между нашими сердцами, заставляя наши тела плотно прильнуть друг к другу, чтобы хоть немного ослабить натяжение.