Имя ей Хель

– Оно тебя погубит, – прошептала я, не в силах ни сдвинуться с места, ни сказать больше, по рукам и ногам скованная его взглядом.

– Я погиб в день, когда повстречал тебя. Погиб в ночь, когда оставил одну. Погиб, когда увидел снова. Ты – моя смерть, Хель. Но я лучше погибну снова, чем откажусь от тебя.

Я покачала головой.

– Ты не понимаешь…

– Понимаю.

Он поцеловал меня. Обнял за талию, всем телом прижимая к стене. Голова закружилась, земля ушла из-под ног, и пришлось обхватить его за шею, чтобы не упасть. Больше всего на свете я хотела оттолкнуть его и уйти, не позволить случится тому, что ждало нас дальше. Но моё тело, желавшее Хоука так неистово, и нить, связавшая нас намертво, не оставляли мне и шанса.

Его руки легли мне на бёдра, потянули вверх, и я, не разрывая поцелуя, послушно обхватила ногами его талию, позволяя себя поднять. Первыми на пол полетели сапоги.

«Остановись. Ты должна остановиться».

Я прижалась к нему сильнее и углубила поцелуй.

Хоук опустил меня на кровать, прильнул губами к шее, торопливо избавляя меня от ненужной одежды. Мои руки бродили по его бёдрам, пытаясь понять, как избавиться от этого проклятого золотого пояса. Я выбралась из куртки, и ладонь Хоука тут же оказалась под моей рубахой, отыскала грудь. Он наклонился, чтобы поцеловать мои рёбра, провёл обжигающе горячим языком по животу, вернулся к шее, осыпал поцелуями лицо, будто хотел изучить меня всю.

Я наконец справилась с поясом и отбросила его в сторону, а Хоук навис надо мной, заглядывая в глаза. Золотые цепочки касались моей груди – удивительно холодные – отчего кожа покрывалась мурашками. Хоук провёл кончиками пальцев по моим волосам, щеке, губам. Я млела от его прикосновений и дрожала от возбуждения и страха.

– Mer Kharen…

Слова сорвались с его губ, и моё сердце пропустило удар. Нить вспыхнула, затмевая всё своим золотым светом.

«…исполни условия сделки в момент, когда этой ночью его сердце откроется тебе».

Mer Kharen. «Моё Сердце». Я стала его сердцем.

Тело, скованное судорогой, резко развернулось, подминая Хоука под себя. Я оседлала его, прижала к кровати, вцепилась в плечи, из последних сил воюя с собой.

«Нет. Нет! Я не буду этого делать.

Не буду!»

Я наклонилась к нему, поцеловала в губы, скользнув рукой под подушку. Он обхватил меня за талию и сел, наткнувшись грудью на остриё ножа. Я застонала, удерживая руку, которая стремилась как можно скорее добраться клинком до сердца.

«Нет!»

Хоук не удивился. Коротко выдохнул, прислонился лбом к моему лбу. Нежно погладил по спине, чтобы немного унять мою дрожь. Рука дрогнула, и нож поранил кожу. По груди Хоука сбежала капля крови. Он взял меня за запястье, не позволяя пойти дальше. Я благодарно вздохнула, продолжая трястись, как осиновый лист.

– Уходи. Пожалуйста, уходи.