Император Пограничья 3

Пара быстро среагировавших стрелков выпустили залп, но пули просто исчезли в клубящейся тьме, которая заменяла Бездушному голову.

— Сейчас! — закричал я, размываясь в движении.

Это был план на самый последний случай. Когда любое вмешательство могло склонить чашу весов в пользу нас или древнего чудовища.

В этот критический момент человек, за которого я опасался более всего, проявила удивительное хладнокровие. Полина…

Вместо того чтобы бежать или в отчаянии атаковать Жнеца напрямую, она мгновенно создала в воздухе геометрически правильную ледяную конструкцию — прозрачную призму, подвешенную прямо над центром зала.

Всё произошло за доли секунды. Свет от наших сфер и веток Светобоя, проходя через грани призмы, преломился и усилился, создавая направленные лучи. Одновременно с этим Василиса мгновенно включилась в задуманный план. С помощью каменных столбиков она подняла над землёй все имеющиеся у нас фрагменты Светобоя, формируя из них подобие короны вокруг призмы.

Эффект превзошёл все ожидания. Весь зал внезапно залило ослепительное синеватое сияние, такое яркое, что несколько бойцов инстинктивно закрыли глаза руками.

Жнец издал пронзительный вибрирующий вопль, больше похожий на искажение самой реальности, чем на звук. Это была не боль, а отвращение. Инстинктивное и непреодолимое. Его конечности метнулись к месту, где должна была быть голова, словно пытаясь закрыть её. Главное — тварь застыла на месте, не способная перемещаться без теней.

Я уже летел к ней, понимая, что это наш единственный шанс.

Одной только игры с тенями недостаточно, чтобы задержать Жнеца. Еще чуть чуть, и он опомнится.

"Воздушный шаг ещё действовал, и я преодолел расстояние между нами за долю секунды. Жнец попытался заблокировать мою атаку, выставив четыре лапы, но пятая все ещё прикрывали часть его «лица» от невыносимого света.

Удар глефой пришёлся точно по суставу, отсекая конечность. Второй удар вскрыл защитную оболочку вокруг грудной клетки, обнажив пульсирующее пурпурное ядро — источник его силы. Жнец дёрнулся, пытаясь разорвать дистанцию, но я уже изменил направление атаки.

Сосредоточившись, я активировал Каменный кулак. Моя правая рука, покрылась ребристой коркой, обретя вес и прочность гранита, а пальцы превратились в каменные когти.

Без колебаний я погрузил эту литую перчатку в грудь Жнеца, прямо в открытую рану, и сомкнул пальцы вокруг пульсирующего ядра. Ощущение было странным — словно я сжимал в руке пульсирующее сердце, но холодное, как лёд, и твёрдое, как кристалл. Вцепившись в это пульсирующее ядро, я ощутил странное чувство — смесь отвращения и триумфа.