Император Пограничья 7

В центре поселения возвышался массивный блокгауз — последняя надежда защитников, если внешние стены падут. Квадратная каменная громада без единого окна на первом этаже, с нависающим деревянным вторым ярусом, ощетинившимся бойницами."

"У ворот нас встретил сам Ракитин. Молодой воевода заметно изменился за прошедшие недели. Исчезла мальчишеская бравада, взгляд стал серьёзнее, движения — увереннее. Рядом стояли мои бойцы, отправленные сюда в первой партии — загорелые, но бодрые.

— Прохор! — Ракитин широко улыбнулся, протягивая руку для рукопожатия. — Рад видеть! Проходи, покажу, что мы тут настроили.

Оставив людей разгружать грузовики, я последовал за ним. Внутри форта кипела работа — женщины носили воду, наполняя бочки вдоль стен, мужчины складировали камни для метания, дети помогали, чем могли.

— Народу собралось — яблоку негде упасть, — пояснил Ракитин, заметив мой взгляд. — Все шесть деревень съехались. Четыре сотни душ, не меньше. Еле разместили.

Мы поднялись на стену. Отсюда открывался отличный обзор на окрестности — лес вырубили на двести метров от стен, создав простреливаемое пространство.

Перед стенами выкопали ров, на дне которого поблёскивали заострённые колья.

— Инженер твой, Грановский, дело знает, — восхищённо произнёс Ракитин. — Такие углы обстрела рассчитал — мёртвых зон почти нет. А Василиса… — он покачал головой. — Я думал, сказки про эффективность магов рассказывают. А она за день столько камня подняла, сколько мои мужики за месяц не осилили бы.

В одной из башен до сих пор стоял деревянный макет пулемётного станка — готовились к прибытию настоящего оружия.

— Кстати, о пулемётах, — сказал я.

— Привёз три Трещотки. И обученных пулемётчиков к ним. Патронов должно хватить на первое время.

Глаза Ракитина загорелись. Для него современное автоматическое оружие всё ещё было в диковинку — до встречи со мной его люди полагались на старые винтовки, ружья да самодельные луки.

— Вот это подмога! — воскликнул он. — С такой огневой мощью мы любую волну отобьём!

Я не стал его разочаровывать. Пусть верит в силу укреплений и оружия — оптимизм командира передаётся бойцам. Но сам я знал: во время Гона твари идут не дюжинами, а сотнями.

И далеко не все они тупые Трухляки.

Мы спустились во двор, где уже заканчивалась разгрузка. Мои бойцы передавали ящики с патронами местным, те благоговейно принимали драгоценный груз. Десять добровольцев во главе с Зиновием знакомились со своими новыми товарищами.

— Не волнуйся за своих, — заметил Ракитин мою озабоченность. — Я их в обиду не дам. Все, кто под моим началом — мои люди, откуда бы они ни пришли.

Я улыбнулся. Мои бойцы, с отличной подготовкой и экипировкой сами способны кого хочешь обидеть.