Империя

Черт возьми, но ведь была же возможность перехватить! Братки что, они тупые. Можно было как-то вывернуться…

— Что вы собираетесь делать?

Ярославичев пожал плечами:

— А что вы можете предложить?

— Но… у меня есть некоторые деньги… то есть я могу продать собственность… машину… в конце концов, моя Академия…

В этот момент дверь кабинета открылась и на пороге появилась рослая фигура. Вошедший был заметно старше Ярославичева, а из-за густой шапки седых волос его вообще можно было принять за старика. Похоже, это был тот самый Олег Михайлович.

— Вызывали, Дмитрий Иванович?

Ярославичев еле заметно кивнул:"

"— Олег Михайлович, Игорь Александрович рискнул обмануть наше доверие. — Ярославичев еще раз с сожалением посмотрел на Прусова. — Но он хотел бы что-то нам предложить. Я прошу вас, выслушайте его предложения и подумайте, насколько они для нас приемлемы.

Спустя час человек, которого Ярославичев назвал Олегом Михайловичем, снова вошел в его кабинет. Хозяин кабинета сидел у разожженного камина и смотрел на огонь. Вошедший подошел к столу и положил нa него несколько листков:

— Как ты можешь работать с таким дерьмом?

Ярославичев тихо рассмеялся:

— Раньше я не замечал за тобой пристрастия к риторическим вопросам. Ты же знаешь, я могу работать с ЛЮБЫМ дерьмом. Как, впрочем, и все мы. В этом и есть наша основная сила. Мы выжили не потому, что оказались умнее, сильнее или талантливее тех из нас, которые погибли. — Он покачал головой. — Среди тех, кто ушел, были люди намного более яркие и сильные, чем мы. Но в них было слишком много брезгливости…

Тот, кого назвали Олегом Михайловичем, усмехнулся и, обойдя стол, уселся в кресло, предусмотрительно поставленное у камина напротив кресла хозяина кабинета:

— Итак, под нашим контролем уже семь частных вузов. Этого достаточно?

Ярославичев кивнул. Они помолчали. Затем Олег Михайлович осторожно спросил:

— А не слишком ли рано?

Дмитрий отвел взгляд от огня и посмотрел на собеседника:

— Прусов достаточно надежен?

Олег Михайлович пожал плечами:

— Он трус. Ни один трус не может быть достаточно надежен. Но сейчас он готов лизать нам пятки и делать все, что мы потребуем. — Он с живым любопытством взглянул на собеседника. — Послушай, ты что, специально подбирал подобных… типов?

Ярославичев медленно кивнул:

— Это был наиболее простой путь — отобрать особи с ярко выраженными патологическими наклонностями и мелкими подачками дать им получше запутаться в сетях.