Империя страха

Но вслух об этом не сказала – видимо, не хотела подпитывать его вполне вероятный комплекс неполноценности.

Мила говорила правду: одна половина лица у Виталия Петровича действительно была парализована, и голова у него тряслась, да и без этого он производил впечатление инвалида. Несладко ему живется, и все из-за бандитов.

– Ну, опоздаешь на десять минут, и что? – недовольно, но влюбленно посмотрел на жену Востриков.

– Хорошо, хорошо…

Элеонора Михайловна ушла, и Виталий Петрович тревожно посмотрел на Потапова:

– Я знал, что вы придете.

– Почему?

– Я боюсь, что вы во всем обвините Милу.

– В чем во всем?"

"– В убийстве мужа, разумеется. Не станете же вы спрашивать, чьего мужа?

– Не стану… Но как Мила могла убить своего мужа?

– Очень просто! Взять пистолет и застрелить.

Глядя на мужчину, Михаил вспомнил фильм «Джентльмены удачи», а если точнее, старого археолога, потерявшего золотой шлем. Своим голосом и манерой говорить Виталий Петрович живо напоминал этого персонажа.

– Разве это просто – убить человека? – удивленно повел бровью Потапов.

– Ее муж не был человеком. Он был бандитом!

– Но бандиты тоже люди.

– Вот-вот! – в обличительном порыве поднял руку Виталий Петрович. – Потому и жируют бандиты, что вы в милиции так думаете. А собрали бы этих паразитов всех вместе, вывезли бы в лес, да из пулемета, как при Сталине!

– Я бы с удовольствием, но есть закон. А почему именно в лес?

Михаилу интересно было узнать, что видел там Виталий Петрович, от него самого, но напрямую спрашивать опасался, не хотел выдавать Милу.

– Потому что все зло там творится! Бандиты зло творят.

– Не знаю…

– А я знаю! И что знаю, не скажу! Потому что не верю в милицию. И ничего она никому не помогает. Поэтому бандиты до сих пор зверствуют. И хорошо, что есть люди, которые их убивают!

– Вы думаете, что мужа вашей дочери убил какой-то народный мститель?

– Не надо называть этого бандита мужем моей дочери! – потребовал Востриков.

– Но ведь он был ее мужем.

– Был, да сплыл!

– И кто его «сплыл»?

– Если вы думаете, что это Мила, то вы глубоко заблуждаетесь!

– Я не думаю, что это Мила. Она бы не смогла – во всяком случае, своими руками…

– Что это значит, во всяком случае? – вскинулся мужчина. – Она не убивала его ни своими, ни чужими руками!

– А как можно убить чужими руками?

– Только не надо делать из меня дурака! В таких случаях люди нанимают киллеров.

– Думаете, это просто?

– Не знаю, не пробовал. Знаете, я вам честно скажу: если бы я мог нанять киллера, то давно бы сделал это! Всегда ненавидел эту скотину… Да я бы и сам его убил! Но я боялся за дочь. И меня бы потом убили, и ее. А ее еще не только убить могли. В лесу никого нет, в лесу все можно делать – и убивать, и на части резать.