Имперский вояж

Эленте… да хрен с ними, с этими дамочками, тут уже столько обычных людей обосновалось, которые считают АЭСИ своим домом, что как-то забывается про родоначальниц всего этого образования. Да и сами круглопопые меняются. Еще время от времени возникают конфликты, но с каждым разом все меньше и меньше.

Через сотню лет, а скорее всего, гораздо раньше, если АЭСИ выстоит, местные станут единым народом. А если еще и получится сломать блокаду элентийской стерильности, так и вовсе хорошо будет. Перемешаются, вольется новая кровь, а новая кровь – это всегда было хорошо.

Полукровки, как правило, и умнее, и красивее, да что там говорить, всем только лучше станет. Культура сохранится, язык тоже, значит, и народ эленте тоже выживет. Тут ведь не в чистоте крови главное, а в том, кем себя будут считать люди. Вон, детишки в общих школах учатся, и ничего, не делят друг друга по расовому признаку. Вместе играют, вместе учатся, вместе дерутся, все вместе делают. Они уже позиционируют себя как жители АЭСИ, и никак иначе. Им и жить дальше, им и строить свое будущее. Сейчас главное напрячься и оставить после себя такой задел, чтобы им было куда расти и развиваться как единому народу.

Ну что же, он, Илюха, постарается. Постарается сделать так, как надо. Оно ведь везде и во все времена было, кто тащит, того и грузят. Вот и приходится тащить, надрываясь, спотыкаясь, но тащить. Не бросишь ведь. Нарисовались дальние родственнички, бляха-муха, и ведь не отвертишься. Гены не врут. Сказал бы кто тогда, на «Непобедимом», когда парень, еще практически ничего не зная об этом мире, читал в судовой сети информацию об эленте, что найдет в их лице… ну или в круглой заднице, кому как нравится, родство, плюнул бы в глаз.

А оно вон как вышло. Где и когда земляне пересеклись с Элерх Энте, как это происходило, теперь уже без разницы. Каким бы русским ни считал себя парень, но это уже его люди, и он несет за них ответственность. Перед собой несет, перед собственной совестью. Как говорится, назвался груздем – так тебе и надо.

Кабинет Медва, собственно, на кабинет был похож мало. Скорее, на мастерскую сумасшедшего ученого. Везде в хаотичном порядке располагались какие-то приборы, чаще всего собранные собственноручно и соединенные шлейфами проводов, что называется, на живую нитку.

Везде разбросаны горы потрохов еще незаконченного оборудования, инструмент, разного рода и предназначения детали. Во всем этом бардаке черт ногу сломит, без пол-литры точно не разберешься, но инженер ориентировался как рыба в воде.

– Ну и бардак тут у тебя, старый, – восхитился землянин.

– Много ты понимаешь, сопляк! – обиделся инженер.