Мертвое ущелье

Ему иногда казалось, что эти люди или такие же, как они, говорящие на этом чужом, непонятном и крикливом языке как-то связаны с его прошлым, что они принесли ему несчастье... Но это было неосознанное, интуитивное ощущение, а вспомнить он не мог ничего.

Ему не спалось и на другой день после охоты, которую вместе с Хромым он провел успешно на исходе ночи. И снова Игнат целый день сидел у слабого пламени, тлеющего в кучке углей. Ему хотелось сделать что-то такое, что дало бы выход его энергии, чувствам, бушевавшим в его душе. Но он не знал, что надо сделать, куда идти.

Теперь ему было известно и логово людей, говорящих на чужом языке, который пугал его. Логово это было тайным, хорошо спрятанным от других людей и от зверей тоже.

Знал он и про жилище другого человека, который обитал там со своими собаками. И хотя не ведал он, кто из них враг его серому брату, его лесу и ему самому, но чувствовал, что больше искать здесь некого, что то глубокое беспокойство, тягостная тревога, одолевавшие его, кроются где-то здесь, среди этих людей, в них самих, в их делах и заботах. И он интуитивно чувствовал опасность именно со стороны тех, чужеязыких людей, недаром они, в отличие от человека с собаками, поселились в тайге тайно, тщательно спрятав свое логово.

Конечно, все звери свое жилище прячут. Но человек с собаками ведь не спрятал! Он поставил свое жилище открыто, на виду у всех. Значит, люди не прячут свои логова! Себя-то Игнат считал волком... Но почему те люди на берегу спрятали свое логово? Кого они боятся? Ведь у них — карабины! Значит, они боятся других людей с карабинами. Но человек с собаками ведь не боится!

Долго еще думал Игнат и никак не мог ответить на все эти вопросы. С наступлением сумерек все-таки вышел в лес и направился туда, к побережью, к подземному жилищу тех, чужеязычных. Хромой следовал за ним.

Была глухая ночь, когда они добрались до места, где в прошлый раз слушали разговор людей на чужом языке. Осторожно перешли через контрольную проволочку и залегли в десяти шагах от земляного жилья. Юноша улегся в ямке за елью. Хромой — под густым кустом можжевельника, в десяти шагах от Игната.

Прошло совсем немного времени как словно из-под земли, из норы выбрался человек и медленным шагом пошел к кусту, где залег волк. Он шел прямо на Хромого...

В эту ночь Крюгеру не спалось. С наступлением вечерних сумерек он снимал посты наблюдения, чтобы на рассвете выставить их опять. Час назад в условленное время радист снова слушал эфир, и снова радиограммы не было.

Штурмфюрер нервничал, никак не мог уснуть. Оба солдата спали чутким сном тренированных разведчиков. Он считал, что при такой малой группе ночной пост не нужен.