Инкуб

… На то, чтобы выполнить все рекомендации «Паранойи», ушло почти восемь часов — к этому времени и Элли, и Верден уже спали. Приняв душ и наскоро перекусив, я отправился было спать, но не успел даже выйти из ванной: комм подал сигнал опасности! Элли задыхалась! Подключившись к её комму, я схватился за голову: возможность саморегуляции оказалась отключена! Зато полностью открыт доступ к внешнему управлению! На то, чтобы проанализировать процессы, происходящие в её организме, скинуть мне рекомендации и получить команду к синтезу необходимых веществ, ушло около двадцати секунд максимальной загрузки процессора Элли. Безумно много времени, учитывая диагноз — укус Bungarus candidus, или малайского крайта. И психическое помешательство.

Информацию о синтезе сыворотки удалось найти довольно быстро — благо, доступ на серверы Ловейгского института вакцин и сывороток не требовал никаких паролей, и я, скачав нужный файл, установил его на комм Элли. Следующие минут двадцать её организм боролся с нейротоксичным ядом, а я зверел от желания задушить тварь, которая это всё придумала, и искал эту самую змею…

Ядовитой рептилии в доме не оказалось. Вместо неё я обнаружил два примитивных механизма с таймерами, по очереди выдвигающих иголки с ядом через два часа после того, как жертва ложится на кровать. Если с ядом крайта всё было понятно с самого начала, то второе вещество я идентифицировал только утром. С помощью Вердена — в открытом доступе сведений о нём не содержалось. Препарат под названием «Альсиорол» синтезировали около сотни лет назад в одной из исследовательских лабораторий Вооружённых сил Лиги. Как идеальное оружие для диверсанта: введённое в кровь любого человека, оно не идентифицировалось СКС[13] его комма и в течение пяти минут вызывало у объекта приступ психического помешательства, что автоматически блокировало управление коммом и включало возможность внешнего доступа. Состоящий на вооружении спецподразделений Лиги, «Альсиорол» не применялся по назначению уже больше пятидесяти лет — после того, как закончилось её объединение.

— Введение нейротоксического яда при отключённом комме — верная смерть! — выслушав мой рассказ, буркнул Верден. — Кстати, это первый случай в моей практике. Можно сказать, революция в технологии убийств. Очень неприятный звоночек. Человека с такими мозгами будет крайне трудно отловить. Кстати, не мешает обшарить весь дом на предмет других сюрпризов. А то мы рискуем не дожить и до вечера.

К обеду дом перевернули вверх дном. Демонтировали пару подозрительных блоков из кухонного комбайна, отправили в утилизатор все семь роботов-уборщиков, заменили полтора десятка потолочных панелей и кучу всякой мелочи — новых сюрпризов что-то не хотелось.