Инкуб

И, в общем, не зря: девушка, которую он добивался уже целых шесть дней, оказалась вполне на уровне! Начав играть в опытную, страстную женщину, она уже через несколько минут после того, как они оказались в постели, не на шутку завелась и приятно поразила его своей искренностью и накалом обуревающих её страстей. Решив, что работа подождёт, Миклош позволил себе расслабиться и получить всё удовольствие, каким его одарила эта взбалмошная, но довольно милая особа. Только когда она, покачивая бёдрами, удалилась в ванную, он заставил себя отключиться от приятного и заняться полезным.

— Ты что-то хотел? — окутавшись сферой, спросил он у возникшего перед ним подчинённого.

— Через четыре минуты госпожа Беолли выйдет с процедуры реимплантации. Вернее, её вывезут… — как обычно, без тени эмоций доложил Масато.

— Она приехала сама? — не поверил Миклош.

— Нет. Она и её телохранитель попали в авиакатастрофу. Телохранитель скончался на месте. Госпожа Беолли с переломами средней тяжести была доставлена в клинику на углу Тридцать третьей и Семнадцатой. Мы, как её родственники, смогли перевезти её в «Гиппократ-М»…

— Кто провёл реимплантацию? — заранее зная ответ, всё-таки спросил Шимански.

— Перепелицин. Лично.

— Молодцы. Премию перечислю ближе к вечеру. До связи… — Миклош довольно потянулся, отключил связь и, вскочив с кровати, бодро направился в сторону ванной — такая новость требовала того, чтобы от души оторваться. А его широченное джакузи мало чем уступало по комфорту кровати. И госпожа Зейна имела шанс это оценить!

С пакетом информации о последних новостях Шимански ознакомился далеко за полночь — когда девушка, порядком утомившись, уже спала в гостевой спальне. Подстёгивать себя стимуляторами не пришлось: это сделал первый абзац первой же просмотренной им статьи.

— Что это? Помешательство или чувство вины? — вопрошал корреспондент. — Лигу лихорадит! Единственная наследница миллиардера Марка Беолли, конгрессмен Элли Беолли, сделала сенсационное заявление! Хозяйка корпорации, выпускающей коммы «Эль-Бео», оказавшиеся неспособными противостоять натиску вируса «Кошелёк или жизнь», хранившая молчание с начала кризиса, решила уйти из политики и бизнеса одновременно! Заявление о том, что в свете последних событий она не может адекватно представлять интересы населения Солисса и поэтому вынуждена покинуть кресло конгрессмена за сутки перед началом работы Конгресса, уже взбудоражило общественность Ловейга.