Инкуб

— Да мне плевать на постояльцев! Ты понимаешь, что у нас не осталось ни одной зацепки?! Коммы всех клонов, остававшихся в здании, теперь необратимо разрушены, а чёртов Рейг как сквозь землю провалился! Найди мне его, слышишь?

— Как? Этот клон — в своём роде гений! Ума не приложу, как и где его искать! С момента взрыва планету покинули четыре рейсовых корабля и одиннадцать частных яхт. Их встретят в местах назначения. Вылеты остальных задержаны, и на них проводятся розыскные мероприятия. Однако, как мне кажется, толку от них не будет. Там его не окажется.

— Но и на планете его нет! — хрустнул костяшками пальцев генерал. — Просканировали всю поверхность! Он же не мог испариться?

Следующие два месяца Лоуренс почти не спал — подразделение «Зет» работало в запредельном режиме, в поисках пропавших клонов частым гребнем просеивая все системы Лиги. Проверялись все идеи, генерируемые аналитическим отделом службы. Включая самые безумные.

Результатов не могло не быть, но генерала они не радовали: в системе Касио обнаружили двух суккубов, а на Шендио — инкуба. Ещё трое нашлись на Ловейге. Однако приписывать этот успех службе не поворачивался язык: все шесть клонов находила местная полиция. В состоянии, не позволяющем использовать их для дальнейших поисков, — очередной труп, лишённый блока памяти, доставлялся в ближайшую лабораторию «Зет» для скрупулёзного изучения. А потом кремировался.

Уже после Шендио стало ясно, что клоны гибнут не просто так — сорвавшийся с катушек Рейг мстит всем, кто был замешан в покушениях на его Элли. И не собирается останавливаться на достигнутом — следы варварского взлома комма на каждом трупе говорили сами за себя.

Сеченов, лично выезжавший на место, где обнаружили первые два трупа, после третьего перестал появляться даже в лабораториях — по мнению аналитиков, это было небезопасно: исключить вероятность появления разного рода «сюрпризов» в телах уничтоженных Рейгом клонов не мог никто. Глядя, как дёргается генерал, Лоуренс тихо злорадствовал — человек, мнящий себя одним из самых влиятельных людей Лиги, откровенно трусил! Увеличение личной охраны, перелёты в одном из трёх-четырёх абсолютно идентичных бронированных командно-штабных «Носорогах» по маршрутам, генерируемым специальным расчётным блоком, параноидальные меры безопасности, осложняющие и без того не особенно комфортное существование Сеченова, со стороны смотрелись довольно жалко.

Как ни странно, в этом противостоянии Лоуренс чувствовал себя не на стороне закона — каждое новое убийство, совершённое Рейгом, казалось логичным и правильным, несмотря на то, что являлось преступлением.