Инопланетянка его мечты

Будто мальчишка, пока не включил, не выключил несколько раз подряд автономный режим жизнедеятельности, не успокоился. Защитный экран разворачивался и сворачивался перед его лицом, пока я облачалась в свое снаряжение.

– Подтверждение голоса. Забава Карачевская, аналитик-эмпат, личный номер К324156В3.

Дисплей моргнул несколько раз и вывел мои основные физические параметры.

– Проверка систем.

Я покосилась на Вангьяла. Он как раз прекратил играть с автономным режимом и теперь сосредоточенно нажимал пальцем на свой дисплей перед глазами. Заметив мое внимание, воин силы убрал руки за спину и лучезарно улыбнулся:

– Твой так не делал, потому что разрядился?

Я кивнула. Умный воин. И слово русское использовал.

– Что дальше? – Он с азартом мальчишки изучал мое лицо.

– А дальше идем в рубку. Я тебя пристегну к креслу бортинженера. Ты будешь там сидеть, смотреть на мониторы и трогать только то, что я разрешу трогать.

– Да. – Вангьял склонил голову, как это делали слуги, получая приказ хозяина, а после того, как я не выдержала и заулыбалась, уточнил: – Что такое мониторы?

– Пошли покажу.

– Пошли покажи.

Я впервые видела его таким счастливым и беззаботным. «А потом меня заберет моя прекрасная Могуэй бродить в свете тысячи лун». Кажется, он не преувеличивал в романтичном порыве, а действительно испытывал восторг и счастье от одной только мысли уйти вслед за мной, куда я поведу.

Мониторы ему понравились, и они сами, и их назначение, а особенно возможность выводить в основное окно изображение с любой внешней камеры. Я отслеживала работу Мака, волновалась, параллельно в сопровождающей документации просматривала параметры ручного пилотирования в случае указанных Маком сбоев в системе, а воин силы безмятежно созерцал виды собственной планеты на разных высотах и даже немного азарта проявлял. Гиперответственности за судьбу целой страны как не бывало.

– Все? – удивился он, когда ремни с шорохом исчезли в кресле пилота и я встала.

– Да, ты видел, как отстегивать?

Не говоря ни слова, Вангьял повторил мои действия.

– А теперь что? – Желтые глаза буквально блестели.

– Разворачиваю батареи, – вмешался Мак. – Расчетное время на орбите шестнадцать часов.

– А теперь помыться, поспать и домой.

Только когда вслух произнесла слово «домой», поняла, как истосковалась по родной Гее, по ее природе, городам, как соскучилась по своей цивилизации и по своему саду, как хочу услышать водопады и пороги Тейи, заново пройтись по улицам Новой Бактрии, почувствовать запах сирени и черемухи, выпить кофе на крыше яблоневой башни.