Инструктор спецназа ГРУ

— Не дури, капитан, — сказал ему Илларион. — Если что, ты даже пикнуть не успеешь. Это в твоих интересах — дожить до суда.

Рябцев тяжело вздохнул и вылез из машины. В воротах с лязгом открылась амбразура и показалась часть усатого лица.

— Кто такой? — спросил охранник. Илларион заметил, что сна у него ни в одном глазу.

— Рябцев, — ответил капитан. Охранник куда-то пропал, сверяясь, по всей видимости, с каким-то списком или просто консультируясь по телефону с начальством. Возникнув вновь, он ничуть не подобрел и спросил все тем же не слишком приветливым тоном:

— Что надо? Хозяина нет.

— Знаю, что нет, — тоже не слишком приветливо ответил Рябцев. — Я привез человека, который ему нужен. Открывай.

— А зачем он мне? Утром приезжай. Хозяин появится, пусть сам с вами разбирается. Мне он насчет тебя ничего не говорил.

— Ты что, совсем офонарел? — возмутился Рябцев. — Куда ж я его до утра-то дену? Он же, гад, спецназовец, мы его впятером еле заломали. Он сейчас под наркотой, а что делать, когда очухается? Он же меня без рук, одними ногами убьет… Учти, уйдет он — перед хозяином ответ держать придется.

— Ладно, — сказал охранник, — заезжай. Посмотрим, что там у тебя за спецназовец.

Ворота распахнулись, и Рябцев загнал машину во двор. Охранник, и в самом деле одетый в полевую форму воздушнодесантных войск с мятыми погонами прапорщика, махнул напарнику, чтобы тот закрывал ворота, и, подойдя, заглянул в салон «жигулей».

— Этого, что ли, вы впятером заломать не могли? — презрительно осведомился он, разглядывая сидевшего на заднем сиденье Иллариона, на губах которого играла слюнявая улыбка идиота. — Жидковат он вроде. Хотя кто его разберет… В деле бы его попробовать.

— Я бы не советовал, — искренне сказал Рябцев.

— Да тебя ж никто и не спрашивает, — равнодушно отозвался прапорщик. — В подвал его, что ли? Так там эта баба…

— Ну и что, что баба, — пожал плечами Рябцев. — Ему сейчас не до баб, а она пускай посмотрит, подумает. Глядишь — и поумнеет.

— Тоже правильно, — согласился прапорщик. — Гони к дому.

Он поднес ко рту микрофон переговорного устройства. Что он говорил, Илларион не услышал, поскольку Рябцев уже вел машину к высокому крыльцу трехэтажного краснокирпичного особняка, возвышавшегося посреди аккуратно подстриженного газона. Видимо, прапорщик связался с внутренней охраной, потому что на крыльце появились два человека в камуфляжных комбинезонах. Автоматов при них не было, но у каждого на широком офицерском ремне висела открытая кобура с выглядывающей оттуда рукоятью пистолета.

— Серьезное местечко, — сказал Илларион, — хмурое.

Рябцев снова промолчал, тем более, что крыльцо с широкими каменными перилами было уже рядом.