Институт

 – Головные боли становятся все хуже и длятся все дольше, потому что им без конца показывают эти точки… ну, огоньки… и постоянно делают уколы, и кино включают.

– И показывают бенгальский огонь, – добавил Люк. – Их заставляют на него смотреть, потому что это такой триггер.

– Чего?

– Не важно. Спи.

– Вряд ли я засну.

– Попытайся.

Люк обнял Авери и посмотрел в потолок. В голове крутилась старая блюзовая песенка, которую ему пела мама: Ты меня обворожил, сердце девичье украл молодое. Сливки снял, что ж, забирай тогда и все остальное.

Люк понял: для этого их здесь и держат.

Чтобы снять с них сливки. Способности детей превращают в оружие и используют до последней капли. А пустую оболочку потом запирают на дальней половине Дальней половины, где они присоединяются к общему гулу… чем бы этот гул ни был.

Бред, так не бывает, сказал себе Люк. Вот и остальные думают, что организаций наподобие Института просто не может быть, а если они и есть, то уж точно не в Америке, иначе о них давно уже узнали бы, такой секрет в наши дни не утаишь – рано или поздно кто-нибудь да проболтается. Однако Люк здесь. Все они здесь. Мысль о Гарри Кроссе, изрыгающем кровавую пену на полу столовой, была ужасна; еще страшнее было вспоминать маленькую безобидную девочку с остекленевшими глазами и сломанной шеей; но что может быть хуже постоянных и методичных измывательств над человеческим разумом, превращающих его в часть общего пчелиного гула? Если верить Авестеру, именно это сегодня чуть не произошло с Айрис, а скоро произойдет и с сердцеедом Никки, и с шутом гороховым Джорджем.

И с Калишей.

Люк наконец уснул. А когда проснулся, завтрак давно закончился и в кровати никого не было.

Люк бросился по коридору к комнате Авери, распахнул дверь, представляя, что там обнаружит… Однако все постеры по-прежнему висели на стенах, а стол был заставлен солдатиками (сегодня – в рассыпном строю)."

"Люк облегченно выдохнул и тут же сжался: сзади ему отвесили очередную затрещину. Он обернулся и увидел Вайнону (фамилия: Бриггс).

– А ну-ка живо одевайтесь, молодой человек. На юнцов в трусах я готова смотреть только при условии, что им не меньше двадцати двух лет и у них роскошное тело. Это все не про тебя.

Вайнона дождалась, пока Люк выйдет из комнаты.

Он показал ей средний палец (ну ладно, не показал, а лишь украдкой оттопырил, но все равно приятно) и пошел одеваться. У двери в следующий коридор стояла дандаксовская тележка для белья. Конечно, такая могла быть и у Джолин, и у других экономок, вышедших на работу в связи с большим наплывом «гостей», но Люк сразу понял, что тележка принадлежит Морин. Он ее почувствовал. Она вернулась.

8Когда через пятнадцать минут они встретились, Люк подумал, что у нее очень плохо со здоровьем – хуже, чем прежде.