Институт

33Два «ХК-37» наполнили мирные дюпрейские сумерки оглушительным грохотом. Грант и Джонс поливали автоматным огнем кирпичный фасад полицейского участка, выбивая из стен облачка розоватой пыли, круша окна и стеклянные панели дверей. Оба стрелка стояли на тротуаре, остальные члены Золотой группы рассредоточились позади них на улице. Доктор Эванс отошел в сторонку и зажал руками уши.

– Давай! – орала Вайнона Бриггс, приплясывая на месте, как будто ей приспичило в сортир. – Мочи их!

– Вперед! – крикнула миссис Сигсби. – Все разом! Мальчишку захватить или убить! Захва…

И тут сзади раздалось:

– Никто не тронется с места, мэм.

Клянусь Спасителем, если хоть кто-нибудь сделает шаг, мы уложим всех до одного. Вы двое там впереди, бросайте оружие сию секунду.

Луи Грант и Том Джонс обернулись, но автоматы не бросили.

– Живо, – приказала Энни, – не то вы покойники. Это не игрушки, ребята. Вы на Юге.

Грант и Джонс переглянулись, затем аккуратно положили автоматы на асфальт.

Миссис Сигсби хорошо видела двоих под покосившимся навесом «Алмаза»: лысого толстяка в пижаме и встрепанную женщину в чем-то вроде мексиканского серапе.

У толстяка была винтовка. Женщина в серапе держала одной рукой пистолет, другой – револьвер.

– Теперь остальные, – потребовал толстяк. – Вы под прицелом.

Миссис Сигсби смотрела на двух провинциальных дурачков перед заброшенным кинотеатром и устало думала: неужели это никогда не кончится?

Выстрел в полицейском участке, затем, после недолгой тишины, второй. Когда провинциальные дурачки глянули в ту сторону, Грант и Джонс наклонились поднять автоматы.

– А ну прекратить! – крикнула женщина в серапе.

Робин Лекс, которая не так давно застрелила через подушку отца Люка, воспользовалась этим моментом, чтобы вытащить свой «зиг-зауэр». Остальные члены Золотой группы опустились на одно колено, чтобы освободить Гранту линию огня. Так их учили. Миссис Сигсби осталась стоять как стояла, словно ярость из-за неожиданной помехи уберегла бы ее от пуль.

34Когда началось столкновение в Южной Каролине, Калиша и ее друзья сидели, обреченно понурясь, у двери на Ближнюю половину. Айрис оказалась права: дверь ни черта не открывалась.

Никки: Может, мы все равно можем что-нибудь сделать. Вырубить персонал на Ближней половине, как вырубили красных смотрителей.

Авери мотнул головой. Сейчас он походил не столько на маленького мальчика, сколько на усталого старичка. Я пытался. Пробовал дотянуться до Глэдис, потому что ненавижу ее. Ненавижу ее лживую улыбочку. Она сказала, что не слушает, и вытолкнула меня.

Калиша глянула на детей из Палаты А, которые снова разбрелись, словно тут было куда идти.