Институт

– Я сам почти не курю, – сказал мистер Смит, – но прошел логопедический курс в связи с шепелявостью и вознаграждаю себя сигаретой, когда удается успешно контролировать свой дефект в разговоре, особенно в таком долгом и напряженном, как наш. Вы заметили, что я шепелявлю?

– Очень слабо.

Мистер Смит с довольным видом кивнул и закурил. В прохладном утреннем воздухе приятно запахло табаком. Запах, казалось, был создан для страны курильщиков, которой эти края по-прежнему оставались… хотя на ферме «Катавба» не курили с восьмидесятых.

– Надеюсь, вы объяснили им, как важно держать рот на замке.

Если проболтается хоть один, последствия настигнут всех пятерых. Несмотря на ту флешку, которая у вас якобы есть. Не все мои… коллеги… верят в ее существование.

Тим улыбнулся, не разжимая губ.

– Вашим… коллегам… не стоит проверять эту гипотезу.

– Согласен. И все же крайне нежелательно, чтобы дети болтали о своих приключениях в мэнских лесах. Если вы на связи с мистером Айлзом и мисс Симмс, пожалуйста, доведите мои слова до их сведения. Или, может быть, Уилхолм, Бенсон и Эллис сообщат им это другим способом.

– Вы про телепатию? Вряд ли.

Она ослабевает и постепенно возвращается к доинститутскому уровню. То же и с телекинезом. – Тим пересказывал Смиту слова детей, хотя сам не слишком в это верил. Одно он знал точно: жуткий гул больше ни разу не звучал. – Как вам удалось замести следы, Смит? Мне любопытно.

– Боюсь, я не вправе удовлетворить вашу любознательность, – улыбнулся блондин. – Шкажу, что нашего внимания потребовал не только объект в штате Мэн. Было двадцать других Институтов в других частях мира, и ни один больше не функционирует. Два – в странах, где детям послушание внушают с колыбели, – продержались месяца полтора, затем в обоих произошли массовые самоубийства.

Слово прозвучало как «шамоубийшства».

Массовые самоубийства или массовые убийства? Тим не хотел спрашивать. Чем быстрее он избавится от этого типа, тем лучше.

– Эллис – с вашей помощью и в значительной части благодаря ей – нас погубил. Мелодраматично, но факт.

– Думаете, мне есть до этого дело? – спросил Тим. – Вы убивали детей. Если существует ад, вы в него попадете.

– А вы, мистер Джемисон, безусловно, полагаете, что попадаете в рай, при условии, что он существует.

Кто знает, может, вы и правы. Какой бог отвергнет человека, бросившегося на помощь беззащитным детям? Если мне позволено процитировать Христа на кресте, вас простят, поскольку вы не ведали, что творите. – Он бросил окурок на землю. – Но я вам скажу. Я для этого приехал, с разрешения коллег. Из-за вас и Эллиса мир сейчас на грани самоубийства.

На сей раз слово прозвучало чисто.

Тим молча ждал."

"– Первый Институт, хотя он назывался иначе, создали в фашистской Германии.