Искры огня

И более того – отец сам доставит меня в родовой замок Рана через портал, чтобы мне не пришлось трястись полдня в дороге. Вот воздушники улетают сами, создавая вихревые потоки. Стихийников-водников и земляных развозят на старых колымагах Академии, таких древних, что в стенках щели толщиной с палец. Везут по подземным тоннелям, которые прокладывают маги стихии земли, – куда более быстрый способ передвижения, чем по поверхности. Правда, студенты потом вываливаются оттуда еле живые: одни синенькие от холода, а другие зелененькие от тряски.

О том, как быстро все решилось, я узнала от самого Рана, когда пришла на наше место, как было условлено. Очень волновалась – так сжимала ручку саквояжа, что боялась оторвать ее. Волосы тщательно расчесала и заплела две тугие косы. Надела свое самое симпатичное форменное платье и теплую зимнюю пелеринку.

Я и рада была, что не придется трястись в разбитой развалюхе несколько часов, и жутко боялась остаться наедине с его родителями. Отец Рана всегда казался мне очень строгим и хмурым человеком. А его маму я ни разу не видела. Вдруг я ей не понравлюсь?

– Не волнуйся, – сказал мне Ран, будто прочитал мои мысли. Похлопал по плечу. Волноваться я не перестала, но расстроилась: это вовсе не было похоже на вчерашние нежные объятия. Хотя, вздумай он меня обнять, я бы точно умерла.

Хорошо, что долго переживать мне не пришлось: я услышала шум пламени за спиной, обернулась и увидела отца. Он вышел из огненного круга, пристально посмотрел на Рана, потом на меня. Сложил руки на груди. Мне стало не по себя, я стояла, низко наклонив голову, и не решалась поднять глаза.

– Здравствуй, Раннитар.

– Светлого вам огня, господин Флогис.

Я не видела, но знала, что Ран в этот момент приветствует моего отца жестом, принятым у нас, огневиков: рука с широко разведенными пальцами.

– Значит, приглашаешь в гости мою маленькую Кору? У вас нашлись общие интересы?

Голос у отца был мягкий, но я не обманывалась: папа не понимал, что происходит, и пытался прощупать почву. Мне стало стыдно: такое ощущение, словно я ему жениха представляю. Еще немного, и отец начнет выспрашивать Рана, как тот собирается обеспечивать будущую семейную жизнь. К счастью, голос Рана оставался ровным.

– Мы с Корой работаем вместе над важным проектом. Не хотелось бы прерываться.

Да уж, и ведь не врет… Скоро Фрост доложит папе, что это за «важный проект» такой… Ох и влетит мне. Но пока все складывалось неплохо.

– Что же, Молинару я доверяю, – сказал отец, поразмыслив. – Не думаю, что в его доме с моей дочерью случится что-то плохое.

Эх, папа. Мне бы твою уверенность…"

"И вот – спустя пару мгновений я стою в каминном зале родового замка рода Маринер. Стою ни жива ни мертва от смущения.