Искупление. Часть вторая

Сафи бы не пришла, или вымотала душу своими издевками, а Лирена шла, покорная и счастливая, что он еще помнит о ней.

— Что во мне нет, что есть в ней? — спрашивала в другой раз Лирена.

— В тебе нет ничего, что было в ней, — ответил Найяр и отвернулся, показывая, что разговор окончен.

— Научи, я буду, как она, — жарко произнесла его фаворитка.

Герцог обернулся, смерил ее насмешливым взглядом.

— Как ты относишься к нищим? — спросил он.

Лицо Лирены брезгливо скривилось:

— Они отвратительные.

— Простолюдины должны учиться грамоте? — Найяр сел, продолжая наблюдать за девушкой.

— Они должны работать, зачем им грамота? Умных книг не напишут, а чужие не поймут. Это же стадо, — уверенно ответила благородная тарганна.

— А лекари?

— Най, я не понимаю, чего ты от меня хочешь? — воскликнула она, сдерживая блеснувшие в глазах слезы.

— Если я дам тебе десять тысяч гольдеров, что ты сделаешь с ними? — продолжил свой допрос герцог.

— Я устрою пышный праздник, чтобы ты мог развлечься, — светло улыбнулась девушка. — Приглашу лучших музыкантов, закажу самые дорогие вина, куплю самый соблазнительный наряд…

— Достаточно, — Найяр снова лег и отвернулся. — Ты никогда не сможешь стать ею. Спи."

"Похожие разговоры начинались время от времени и быстро заканчивались. Герцога они сначала раздражали, потом злили, теперь бесили. Смысла в них не было, а рану постоянно бередили. Сейчас он жалел о многом и в первую очередь о том, что вырвал из ее утробы ребенка, который примирил Сафи с сожительством со своим господином настолько, что она начала смотреть на него с нежностью. Если бы он тогда знал, что это станет началом конца…

— А-а, — громко вдохнул Найяр, выныривая из воды. — Проклятье, да лучше б родила, даже если это был ублюдок Тигана, но была бы рядом.

Сейчас было сложно сказать, но герцог периодически спрашивал себя, смог бы Грэир подобраться к ней, если бы Сафи была беременна… и если бы был жив предатель Тиган? Тогда бы она не пошла к этой дикой твари. И уже носила герцогскую мантию.

— Идиот, — застонал его сиятельство. — Надо было давно посадить на Небесный Престол Энлера, он бы и развод признал и мою новую жену.

Что еще? Какие ошибки он допустил? ""Ты взял чужую женщину"", — произнес в голове странно знакомый голос. — ""Ты сам отковал эту цепочку бед, чужих и своих"".

— Я взял свою женщину! — выкрикнул герцог и выбрался из лохани, сердито расплескивая воду на пол. — Она всегда была моей. Я совершил ошибку, не взяв ее сразу.

""Ты бы просто сломал ее"", — ответил голос.

— Я бы воспитал ее под себя, — проворчал Найяр.

""Как наш отец матушку?""

Герцог резко развернулся, поскользнулся в луже воды и полетел на пол, но быстро вскочил и с надеждой позвал:

— Неил? Брат, это ты?

Ответом ему была тишина.