Искушение герцога

Расстегнув последнюю пуговицу на рубашке, Хантер стянул ее через голову и швырнул к остальной одежде.

— Что вы делаете? — спросила Грейс, и в голосе ее гнев уступил место настороженности.

— Смею вас заверить, ничего дурного, — ответил он, подошел к столу и задул свечи. — Готовлюсь лечь в постель."

"И он вернулся к супруге, оставив гореть свечи, стоявшие у самой ванны. Он понимал, что застенчивая жена предпочла бы полную темноту, однако не желал идти у нее на поводу и позволять ей мысленно рисовать себе всякие страхи относительно него и их супружеского ложа.

Хантер небрежно погладил свой плоский живот, бросил мимоходом взгляд на свою грудь. Он не страдал тщеславием, но все прежние любовницы восхищались его телом и его умением доставлять им удовольствие. По какой-то необъяснимой причине ему хотелось, чтобы и Грейс оценила его мужественную красоту. Известный своей заботой об удовольствии партнерши, он нисколько не сомневался в том, что жена останется им довольна.

Увы, герцогиня, казалось, совсем не оценила выпавшей на ее долю удачи. При приближении мужа лицо ее стало бледным как мел. Она не привыкла к виду обнаженного мужского тела, а он не подумал о том, что его подчеркнутая мужественность может ее напутать. Наверное, разумнее было не снимать рубашку.

— Не соблаговолите ли задуть все свечи, ваша светлость? — негромко попросила Грейс.

— Хантер, — рассеянно поправил он. — Думаю, лучше, если одна-другая будут гореть. Разве вам не любопытно рассмотреть своего мужа?

Грейс с трудом перевела дыхание.

— Смотрите. — Он взял ее за руку и прижал ладонь к своему животу. — Вы вольны изучать меня, сколько вам будет угодно.

В ответ на это предложение Грейс закатила глаза и безвольно рухнула на подушки.

Невинная супруга лишилась чувств.

Глава двадцать первая

Грейс почувствовала, что у нее запылала правая щека, дотронулась до нее рукой, открыла глаза и окинула сердитым взглядом склонившегося над нею джентльмена.

— Чтобы сделать вам приятное, я могу еще поставить себе красивый синяк — утром он будет гармонировать со здоровым цветом лица, — проговорила она и попыталась сесть. Герцог не двигался, и она оттолкнула его. — Что произошло?

— Вы упали в обморок, — мрачно ответил он.

— Правда? — с неподдельным удивлением спросила Грейс. Ей в детстве случилось раз-другой сильно ушибиться, но она не могла припомнить ни единого случая потери сознания.

— И часто это у вас бывает?

— Простите? А, вы об обмороках. — Грейс отрицательно покачала головой. Натянула одеяло выше груди, размышляя о том, разглядывал ли ее супруг, пока она была без чувств. — Нет, я к ним совершенно не склонна. А долго я была в обмороке?

— Не очень, — ответил Хантер, вглядываясь в ее лицо. — Минуту, может, чуть больше.