Искусительница, или Капкан на ялтинского жениха

– Я с тобой полностью согласна, – поцеловала я Тоньку.

Антонина принесла еще самогонки, закуски и стала поить и угощать тех, кто присоединился к нам. Для тех, кому некуда было сесть, она вынесла из дома стулья.

В этот момент к нашей поющей честной компании подошел Пётр и с ужасом стал наблюдать за происходяшим.

– Что здесь творится? – нервно спросил он.

– Петь, а ты где был? – ответила ему вопросом на вопрос Антонина.

– Да так, – замешкался с ответом Пётр. – Лампочку одной постоялице вкручивал. У нее там что-то со светом, короткое замыкание. Пришлось чинить.

– Ну что, вкрутил лампочку-то?

– Вкрутил.

– А то иди, дальше вкручивай, пока патрон работает!

– А ты что здесь устроила?

– Петя, иди от греха подальше, – пьяным голосом ответила Антонина. – Мы тут общим собранием постановили…

– И что же вы постановили?

– Мы тебя в должности разжаловали, – бесстрашно ответила Тоня. – Ты теперь не комендант общежития, ты – завхоз. Будешь хозяйственной частью заниматься и по совместительству лампочки вкручивать тем постоялицам, которые в этом очень сильно нуждаются. Благо патрон у тебя на троих рос, а одному достался.

– Ты что несешь?! Или совсем стыд потеряла? – зашипел Пётр. – А ну-ка брысь под лавку!

Сказав это, Пётр уже было поднял руку, чтобы ударить Антонину, но она выпрямилась и посмотрела на него таким уничтожающим взглядом, что он моментально остановился и отвел руку в сторону.

– Только попробуй хоть пальцем тронь, – бесстрашно сказала Антонина. – Засажу, гад, за решетку. Вон сколько свидетелей, все подтвердят. Ты мне, Петя, за все ответишь! И за мою погубленную жизнь, и за мое здоровье, подорванное твоими побоями, и за дочерей, которые всю жизнь живут в страхе и боятся тебя как огня!

– Что ты этим хочешь сказать? – прищурился Пётр.

– Развод, Петенька! Развод! – со слезами на глазах произнесла Тоня. – Развод и раздел имущества.

– Что?

– Что слышал! И вон из моего дома! Вон из моей жизни! Собирай свои пожитки и пошел прочь.

– Это мой дом!

Пётр хотел броситься на Антонину, но сидевшие рядом постояльцы не позволили ему это сделать.

– Это мой дом! – вновь закричал Пётр.

– А вот и нет, – спокойно ответила Тоня. – Это дом моих детей, а ты поищи себе другое жилище.

– Я тебя убью, – беспомощно произнес Пётр.

– Кишка тонка, – рассмеялась Антонина. – Ты же слабак, Петя, слабое существо. Только такое слабое существо может поднять руку на женщину! Ты же, кроме как баб лупить, ничего не умеешь, Петя. Баб лупить да лампочки на халяву вкручивать!

– Молодец, – похвалила я Тоню после того, как Петька взял бутылку самогонки и ушел прочь. – Тоня, ты справишься. Первое время будет очень тяжело. Развод – это маленькая смерть. Ты должна быть готова к тому, что сначала будет очень тяжело, но ты не сдавайся.