Искусительница, или Капкан на ялтинского жениха

Теперь моя мать прекрасно понимает причину того, почему я не захотела этим шансом воспользоваться."

"Вадик – это мое детство, моя первая любовь и мой первый мужчина. Это первые, еще робкие поцелуи, первые объятия, первые слова о любви и первые совместные планы на будущее. Вадик хороший парень, и, возможно, какая-то другая девушка сможет стать с ним счастливой. Какая-то другая, но только не я. Вадик слишком многого от меня хотел: он хотел того, что я не могла ему дать. Он требовал преданной любви, идеального терпения и даже безропотного подчинения. Он подавлял меня как личность. Вадик чувствовал мою вечную неудовлетворенность и постоянно попрекал меня тем, что я отдаюсь ему не полностью, что слишком много своей внутренней энергии оставляю себе и что я постоянно нахожусь в поисках лучшего варианта. Он требовал доказательств искренности моих чувств, а я не знала, что и зачем я должна ему доказывать. Я считала, что то, что мы вместе, – и есть главное доказательство моей любви. А его постоянная ревность? Говорят, что ревность – это проявление любви, но я с этим не согласна. Я воспринимаю ревность как проявление чувства чрезмерного эгоизма, и не более того. Я не вещь, и я не могу принадлежать кому-либо, потому что это моя жизнь и она должна принадлежать только мне. Ревность хороша в меру, но когда она переходит все границы, то разрушает любовь. Чрезмерная и неконтролируемая ревность Вадика притупляла мои к нему чувства. В результате наши взаимные обиды и претензии накапливались с каждым днем и наваливались на меня как снежный ком. Я устала от постоянных скандалов, устраиваемых мне Вадиком, потому что они сильно травмировали мою психику, и тогда я стала все больше и больше приходить к мысли, что наши отношения исчерпали себя. А однажды… Однажды он сказал, что я надела слишком короткую юбку и на вечеринке вовсю кокетничала с его другом. Когда мы приехали к Вадику на дачу после вечеринки, он схватил меня за плечи и ни с того ни с сего назвал меня шлюхой. Естественно, я принялась возмущаться и попыталась объяснить ему, что я не сделала ничего предосудительного, за что меня можно было бы назвать подобным словом. Просто любая девушка подсознательно хочет нравиться всем без исключения мужчинам, а ведь без этого мы, женщины, не можем, потому что это и есть наше женское начало. Если я не буду нравиться другим мужчинам, то мой любимый перестанет бояться меня потерять и начнет ко мне относиться более прохладно. В тот вечер Вадик ударил меня кулаком по лицу с такой силой, что я отлетела к стене, ударилась головой об нее и завыла от боли.