Искусство фотографа

Он вплотную прижал ее к своим бедрам. Кори медленно поцеловала Спенсера, продлевая удовольствие, поглаживая его лицо и шею пальцами, и он подчинился ее спокойному ритму, неторопливо путешествуя ладонью по ее спине, целуя ее рот множество раз, но не переходя установленные ею границы. И когда Кори решила, что держит ситуацию под контролем, Спенсер в один миг разрушил это впечатление. Он погрузил пальцы в ее волосы на затылке, впился в ее губы, мешая дышать, прижал ее своим телом к дереву и освободил руки, чтобы накрыть ладонями ее груди. Медленно он начал поглаживать и ласкать их, и Кори почудилось, что сейчас она умрет от сладкой пытки, которую была готова терпеть до бесконечности.

Теперь время измерялось только мучительными поцелуями и смелыми прикосновениями. Ласки шли по восходящей, чтобы Кори и Спенсер могли остановиться в высшей их точке и начать все сначала.

Кори услышала собственный стон, когда в последний раз Спенсер оторвался от ее губ. Он спрятал свое лицо у нее на шее, затем тяжело выдохнул и еще крепче сжал ее в объятиях.

Ее голова лежала у него на груди, глаза были крепко зажмурены, а мысль уже бешено работала, ужасаясь глупости и безумию происходящего. Кори с опозданием возвращалась в мир реальности. Нет, она определенно ненормальная! Она одержима Спенсером Аддисоном. Она потратила на него свои школьные годы, и вот теперь, стоило ему сказать нежное слово, как влюбленная дурочка тут же упала к нему в объятия. Но никогда, никогда за всю свою жизнь она не испытывала таких чувств, как сегодня… За исключением разве того давнего летнего вечера у плавательного бассейна. Слеза скатилась у нее по щеке. Она по-прежнему ничего для него не значит, как не значила тогда, много лет назад…

— Кори, — сказал Спенсер, целуя ее волосы, — может, ты объяснишь, почему я теряю разум, стоит мне к тебе прикоснуться?

Сердце Кори сделало скачок, мысли остановились. Во второй раз за сегодняшний день ею овладело необъяснимое желание плакать и смеяться одновременно.

— Мы оба явно не в своем уме, — сказала она, втайне радуясь, что камень упал с ее сердца. Спенсер обнял ее за плечи, и так они пошли к дому.

Задумавшись, Кори не заметила, что он довел ее до дверей «апартаментов Герцогини». Она остановилась и повернулась к Спенсеру. Они могли бы назвать эти последние полчаса любовным свиданием, и Кори хотелось сказать ему «спасибо за прекрасный вечер», но вместо этого она произнесла:

— Мы уже поцеловались с тобой на прощание, так что нам больше нечего делать.

Спенсер усмехнулся, глядя на нее сверху вниз, и оперся рукой о дверную раму Он держался свободно и уверенно. Пожалуй, слишком уверенно, подумала она.

— Мы всегда можем это повторить, — предложил он.

— Не стоит, — солгала она.